Хороший тон. Разговоры запросто, записанные Ириной Кленской

В этом одна из черт, делающих его великим культурным явлением, большим, чем просто грандиозный энциклопедический музей.

Михаил Пиотровский

Вечер первый. Ислам

МЫСЛИ ВСЛУХ

Эрмитаж – особая, сакральная территория. Эрмитаж – храм, а мы, музейщики, – служители, мы – жрецы, а не привратники.

Культура всегда выше политики, в культуре – свои законы и правила, и они выше политических амбиций.

У культуры – свои права, которые могут не совпадать ни с правами человека, ни с правами наций. Права культуры нужно смело защищать.

Музеи всегда на передовой линии борьбы за культуру, борьбы против ограниченного и примитивного взгляда на мир. Да, в музей приходят за удовольствием, но это удовольствие просвещённого человека.

Музеи, конечно, не выходят на улицу, но музеи создают мосты между культурой и улицей.

Задача музеев – войны памяти превращать в диалог культур.

Если бояться слухов, сплетен, скандалов… можно выставок не открывать.

Я мифы не конструирую – с реальностью бы разобраться.

Хотя… иногда есть смысл пофантазировать, чтобы потом свериться с реальностью.

Я люблю думать и размышлять, смотреть на проблему с разных сторон и во всём видеть часть мирового культурного порядка.

Надо разбираться, изучать, думать, стараться понять других и другое. Поймёшь другого – полюбишь себя, своё.

Нет у меня никаких смелых поступков – я просто стараюсь делать то, что считаю нужным, и говорить то, что считаю нужным говорить.

Что для меня вера? Моя вера вполне научна и не имеет отношения к церковным ритуалам.

Когда-то мне нравилась фраза Юнга: «Я не верю, я знаю». Есть высшие законы и идеи, которым надо подчиняться.

* * *

Из разговора с сотрудником Эрмитажа: «Михаил Борисович… мужчина восточный, и подход к нему должен быть особенный… почтительный, но без подобострастия».

Во мне много разных кровей, и время от времени они бурлят, бушуют, горячатся: иногда я чувствую себя пылким и щедрым армянином, иногда – сдержанным, чуть надменным польским аристократом, а бывает, что широкая беспечная русская натура сигналит.

Я на сто процентов Джанполадян и на сто процентов – Пиотровский. Если в Армении возникают проблемы, связанные с Россией, я – русский шовинист; но… если в России возникают вопросы с Арменией, я превращаюсь в армянского шовиниста. Забавно переходить из одного состояния в другое.

Что в имени тебе моём?

Александр Пушкин

Имя многое значит в судьбе человека, в судьбе рода.