Теория порнографии 2-0. Цикл лекций по теории и экспертизе порнографии

/192/

Для сравнения приемлемых и неприемлемых публикаций Кони опирается также на другой критерий: книги, посвященные половому вопросу, с более чем ясными названиями, выставленные в витринах магазинов, бросаются в глаза прохожим, и в частности молодежи, гимназистам и студентам. Если бы такие названия терялись среди других, они оставались бы в рамках приличий, но, выставленные напоказ в витринах магазинов, своим количеством и разнообразием они создают новый литературный жанр, вторгающийся в городское пространство, вне всякого контекста, вне повествовательной рамки, которые могли бы смягчить долю непристойности, – и, таким образом, они являются порнографией.

/192/

В качестве одной из составляющих морализирующих высказываний и осуждения непристойных публикаций постоянно присутствует вопрос защиты молодежи. Но этот аргумент подтверждает тот факт, что преступление заключается не в содержании произведения, а в его доступности для тех, кому оно может повредить. Цензурой учитывались цена продажи и тираж журнала или книги, позволяющий оценить предполагаемую широту его распространения.

Кони обличает тот факт, что медицинские издания продаются по очень низкой цене, что делает их доступными даже для лицеиста. Требуя конфискации тиража второго издания романа «Санин», цензоры выражали беспокойство также по поводу количества проданных экземпляров: «Роман этот читается молодежью обоих полов с захватывающим интересом (10 000 экземпляров разошлись в течение двух месяцев, и ныне вышло в том же числе экземпляров второе издание)». /192/

Таким образом, анализ поведения цензуры, проведенный Б. Гишаром /192/, позволяет частично разрешить парадокс, о котором говорит публицист Изгоев. Строгость в отношении изданий, кажущихся совсем безобидными, не должна противопоставляться тому, что параллельно открыто существовали эротические публикации. Решающую роль играло то, к какому разряду относилось издание, обвиненное в порнографии, на какую публику оно было рассчитано и как широко распространялось.

[Царские, – доп. автора] цензоры стремились бороться прежде всего с опошлением сексуальности.

А теперь вернёмся в конец XX столетия. Что изменилось с начала века?

Переходя от лотков прессы к стендам книжных магазинов мы останавливаем взгляд на завлекательных альбомах, называемых «Эротический массаж», «Чувственный массаж», «Интимное прикосновение», «Сексуальные позиции» и т.д., и т.п.