Русский всадник в парадигме власти

, отмечены три «людских» терлика: один из бархата и два из сукна[348 - Платье, оружие, ратный доспех и конский прибор царя Бориса Федоровича Годунова 1589 года // Савваитов П. И. Описание старинных царских утварей, одежд, оружия, ратных доспехов и конского прибора, извлеченное из рукописей архива Московской Оружейной палаты. СПб., 1865. С. 47; «Пожитки» Бориса Федоровича Годунова // Бартенев С. П. Московский Кремль в старину и теперь. Кн. 2. С. 266.].

Возвращаясь к конструктивным особенностям терлика, выделим среди одежд XVI в.

«терлик безрукав»[349 - Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. М., 1987. С. 161.], сходный назначением с европейским камзолом. У такого терлика, так же как и у камзола, могли подшиваться временные рукава, в том числе и из другой материи[350 - Костомаров Н. И. Очерк домашней жизни… С. 66.]. Один такой «терлик без рукав с спорка Царевичевской Иванова, камка кизылбашская на голуби розные шолки мужики и птицы» принадлежал Ивану IV[351 - Опись домашнему имуществу царя Ивана Васильевича, по спискам и книгам 90 и 91 годов // Временник императорского Московского общества истории и древностей российских. 1850. № 7. С. 16. Сложносюжетные композиции, где отсутствуют границы перехода одной сцены в другую, составляют славу иранского текстиля. Их реалистические рисунки с детальной проработкой не скрывают связи с иранскими школами миниатюры, тебризской и исфаханской. Чаще всего ткани вольно иллюстрируют литературные сюжеты. Встречаются сюжеты жанровые и бытовые. В русской средневековой письменности великолепие иранского текстиля описывалось весьма поэтично: «камка кизылбашская, по серебреной земле люди на конех со птицы», «камка кизылбашская по серебряной земле шолк червчат, по ней люди на конех и пешие меж деревья», «камка кизилбашская, шолк бел да черн, на конех люди, промеж людей барсы», «барсы, драконы, звери, инроги, лебеди, лоси, люди крылатые – держат павы, мужики, рыбки» и т. п. См.: Шапиро Б. Л. Золото и золотные ткани… С. 69.].

В это же время встречаются упоминания о терликах, простеганных полностью или частично.

Так, «терлик отласен багров плечи стеганы» и «терлик камка зелена стеган» упоминаются в духовной Г. Д. Русинова (1521–1522). «Терлик хандрячен стеган» упоминается в числе воинского снаряжения в духовной З. Ф. Катунина (1519)[352 - Акты русского государства. 1505–1526. М., 1975. С. 174–176, 199.], а «терлик хандрячен стеган в частую стеж» стал частью богатого вклада И. М. Вороного в Троице-Сергиев монастырь (1541).