Путеводитель неофита. Часть 3. Познание мира

Уж не знаю, говорил он ей о своих чувствах, или скромно молчал, предполагая, что жена и так всё сама знает. Но когда говорил мне о ней, наполнялся такой безграничной любовью и заботой, что не заметить этого было нельзя.

в моих уговорах его жена и была последним козырем.

Обещал он мне в Чечню больше не ездить.

Знал я, что слово он своё сдержит.

Такой человек он был. Что если раз слово давал, то держал его до конца. Чтобы ни случилось. При любых обстоятельствах держал слово. Обязательный был человек.

Однажды случайно в поезде я случайно встретил парня, который служил с братом в Чечне.

– Мужик он был правильный. Просто делал своё дело и все. – Рассказывал ветеран. – Говорить не любил. Как-то раз попали мы под обстрел. Ну, кто куда. Большинство бегом сломя голову бежать. А по нам прицельно так еще кто-то бьет. У всех паника. А он просто выбрал позицию, и стал стрелять. Огонь весь перешел на него. Мы тем временем очухались, и потом отбились. Если бы тогда не он, всех бы могли нас положить.

Вот так вот.

Разговоров о Чечне Валера не любил.

Все рассказы о Чечне касались кормежки и быта. Кормили неважно, но он не жаловался. Только когда приезжал в отпуск, спросил у жены:

– Вы каждый день так едите?

– Как? Так? – Удивилась она.

– Вкусно. – Ответил брат.

– Не знаю, по-моему, обычно. – Ответила супруга.

– А нам в армии почти каждый день трубы давали с дельфинами.

Супруга поперхнулась пищей.

– Вы что настоящих дельфинов ели?

– Конечно, нет.

Это солдатский юмор. Так мы макароны называли с килькой в томатном соусе.

– У меня вот осталась банка каши из солдатского пайка. Хотите – попробуйте, как нас там кормили.

Попробовали мы тогда ту солдатскую пищу. И вдвоем больше четырех ложек не осилили.

Несъедобная была та каша. Резиновая какая-то с жутким вкусом.

После приезда с войны брат долго не мог привыкнуть к постеленным белым простыням.

Отвык спать в нормальных условиях после долгого существования в походных условиях.

Спать приходилось в одежде, да еще клопы мучили. Спать не давали. Кусали так, что не заснешь.

Кто-то скажет – подумаешь мелочи, какие!

Может быть и мелочи. Но из таких мелочей и состоит вся наша жизнь.

Он как настоящий солдат никогда не жаловался. Просто иногда что-то всплывало в памяти, и он это просто рассказывал.

Рассказывал с юмором и улыбкой. Что, мол, так, оно и должно было быть.