Путеводитель неофита. Часть 3. Познание мира

Потенциальные возможности его как теурга, направленные на объединение и укрепление католического эгрегора, дали, к сожалению, совсем не те результаты, о которых он мечтал в юности.

Мечты, к несчастью, часто разбиваются о холодную расчетливость этого убогого жалкого мира.

«Что делать?» – этот вопрос давно мучил Помазанника Божьего. Он словно чувствовал, что уже долгое время делает что-то не то. Но что-то кардинально изменить не хватало ни сил, ни времени, ни желания….

Багровое солнце уже заходило.

Что-то ускользающе-таинственное было в этих бледных сумерках. Папа ощутил как вечность, словно соприкасается с ним своей невидимой полой. И каждый его шаг словно приближал его к вечности и бессмертию….. Или ему так казалось?

Вместе с солнцем, казалось, уходила сама жизнь. Уходила жизнь вместе со временем прожитых лет. Поступь старого кардинала была тяжела, но фигура, осанка еще хранила былое величие.

Быстро наступающие сумерки предвещали конец бездонного дня и возможность наконец-то расслабиться…. Черный вторник наконец-то подходил к концу.

Неясная тень мелькнула перед ним, материализовавшись в одетое во всё черное монаха, с опущенным капюшоном. Монах, согнувшись, неловко упал на колени, едва не свалив божьего Ставленника наземь, и крепко обхватил его колени.

Разговаривать ни с кем категорически не хотелось. Папа давно уже растерял всех своих друзей после избрания его на престол.

Папа автоматически перекрестил монаха, протянул руку с перстнем для поцелуя, и, бормоча слова благословения, быстро двинулся в свои покои, рассчитывая отвязаться от возможного просителя.

Но монах неотвязно шел за ним.

– Выслушайте меня! – услышал Папа мелодичный звонкий голос, и дыханием Вечности дохнуло на него от этого голоса.

– Не сегодня, сын мой, не сегодня, – проговорил священник, продолжая идти не оборачиваясь.

– Приходите завтра, запишитесь в канцелярии на аудиенцию, и я приму вас, если будет свободное время.

Папа быстрым шагом прошел в свои покои, удивившись по пути отсутствию слуги.

Монах не отставал от него. Проследовав в покои Главы католического мира, как в свои собственные.

– Выслушайте меня, мой господин! Дело не терпит отлагательства, – в голосе просителя прозвучала мольба и отчаяние.

Это наглое преследование возмутило старого священника.