Босиком по лезвию клинка. Над бездною людских страстей

Лицо его было бледно-жёлтое с запавшими тёмными глазами, выражавшими озабоченность и беспокойство. Плотно сжатые тонкие губы выдавали в нём неуравновешенную обидчивую натуру. Поредевшие кудрявые волосы с проплешиной на макушке говорили о том, что возраст незнакомца перевалил за тридцать.

Впоследствии вспоминая эти события, Семён удивлялся самому себе, и у него в голове возникло множество «почему»: легко согласился идти с незнакомцем, быстро пришёл в себя, ему сразу понравилась атмосфера внутри спортзала???

«Прямо инопланетное существо», – подумал про себя Равиль, а вслух сказал:

– Твоё имя несёт в себе глубочайший смысл.

Задумайся: семь цветов радуги у твоей кометы, семь чакр, семь дней в неделе, семь нот, семья, семь пядей во лбу, семь вёрст до небес и всё лесом, семь бед – один ответ… Вселенная шутит прикольно, – шумно вздохнул Равиль.

– Чего? – спросил Сёма.

– Да, это я так… Как будем дальше жить, Семён?

– Что? – не поняв, переспросил Вениаминов.

– Я предлагаю тебе два варианта, – терпеливо начал Равиль Юсупович.

 – Первый: ты живешь в этом спортзале. Питание и одежда за мной, уборка и поддержание порядка в помещении и вокруг него – с тебя. И второй вариант: встаешь и уходишь. В этом случае я гарантирую, что ты «отбросишь коньки» уже через пару дней.

– А что так скоро? – ехидно ухмыльнулся Семён.

– Да потому, что ты уже использовал этот земной мир и свой кармический запас до конца. Нельзя же всё время брать, брать и топтать собственную жизнь. Когда-то надо же и отдавать.

Семён вдруг ясно понял, что хотя в предложенном Равилем варианте в начале светлого будущего его ждала мучительная ломка, но другого выбора у него просто нет.

– А «Метадон» у тебя есть? – с заискивающей надеждой все-таки спросил «PlayBoy».

– Извини, брат, «Метадон» в Америке, а мы с тобой в России, – отрезал Равиль. – Мне пора идти. Позже мы подумаем, как лучше поступить, чтобы быстрее очистить твоё тело от той заразы, которой ты его напичкал.

С этими словами Равиль удалился, и, плотно прикрыв за собой массивную дверь, замкнул её на ключ.

За последние несколько месяцев в Москве Семёну не часто удавалось нормально поесть, и он, не раздумывая, принялся изучать содержимое комнаты в поисках чего-нибудь съестного. В пустом животе гулко урчало и громким эхом отзывалось в мозгу: «Хочу есть… хочу, хочу, хочу…». Несколько раз обшарив комнату и не найдя ничего, Семён понял, что ложиться спать опять придётся на голодный желудок.