Искусство быть португальцем

Наука видит, поэзия предвидит, делает трансцендентным рассматриваемый объект, поднимает реальное до идеального; она творец, и её творения живы, они принадлежат Природе, которая в них превосходит себя и возрастает в своих объективных формах от владычества Науки к духовной красоте.

Поэзия превращает материю в дух, и поэтому она участвует в создании души отечества, определяя и возвышая её качества и делая их в то же время универсальными и долговечными.

Наиболее репрезентативное произведение для Нации и при этом наиболее стихийное – Сборник Народных Песен.

Каким бы образом ты ни существовал,

Ты всё равно божество.

Счастье – когда тебя вижу.

Если тебя не вижу – саудаде.

Народный Песенник[55 - Цит. мою статью «Камоэнс и народная Песня» в журнале Аguia, т. III, с. 117.] – это не только сатирическое или любовное произведение, как принято обычно считать, прежде всего, – это религиозное произведение, возвещающее о нашем пантеистическом мистицизме[56 - Есть португальцы, которые называют этот врождённый мистицизм нашей нации «германской туманностью».

Солнце, возвращайся завтра.

Хочу видеть, как ты восходишь!

Только Вас я обожаю,

Только ради Вас хочу умереть!

Я – сын звёзд,

Также для неба был я создан,

Потерялся я тёмной ночью

И нашёлся в твоей груди.

Моё сердце – река

Полноводная, внушающая страх.

Засыхает моё сердце,

Орошается твой лес!

Стихи, подобные последнему четверостишию в его космическом величии, сложно встретить у большинства поэтов; они превращают страсть любви, проходящую через человеческое сердце, в полноводную реку. Воды сердца сравниваются с источниками! Любовь и боль спорят с тучами, оплодотворяя и украшая цветами землю!

В Песеннике есть также и трагедия Тайны:

О, ночь, которая возникнет,

Полная тьмою,

Ты самый красивый цветок

В глубине моего сердца!

В этой песне раскрывается возвышенное качество народной души, которое соединяет лузитанскую боль с болью вселенной: и это еще один аспект её саудоистической силы или её внутреннего родства с вещами.

Бог Пан, весёлый старый бог лесов, укрывается в тени и показывается душе Народа. Есть глубокий и мистический Страх, обитающий в ночи Видения, невероятно драматизирующий Природу.