Зачем мы верим в Бога?

Один человек, переживший клиническую смерть, описывал ад как бесконечное поле боя, где преисполненные гордыни, ненависти и ярости погибшие души тщетно пытаются ранить друг друга или удовлетворить страсти, которые за неимением тела они удовлетворить не могут. Трудно сказать, насколько достоверно это видение, но образ хорошо описывает суть дела: злоба, иногда клокочущая в Интернете, социальных сетях, где люди не могут добраться друг до друга физически, помогает это представить.

Активное вмешательство Бога, Его суд и гнев состоят не в том, что Он ввергает в ад того, кто мог бы войти в Царство, а в том, что он милосердно полагает предел злу и в итоге препятствует злым терзать добрых, разрушать творение вообще.

И эта граница, этот предел возможностям переживается злыми как мука.

Здесь нам стоит разграничить объективную благость Бога и субъективное восприятие ее творениями. Например, если лишить закоренелого садиста возможности терзать других людей, субъективно это будет восприниматься им как болезненное лишение, но объективно окажется благом, в том числе и по отношению к нему самому, потому что это будет сдерживать его возрастание во зле.

Объективно, лучше знать истину, чем не знать; лучше не творить зла, чем творить; лучше существовать, чем не существовать. Но самими злыми эти хорошие вещи – и истина, и удержание от зла, и даже существование – воспринимаются как мука. Герой повести Гоголя «Страшная месть» говорил: «Для человека нет большей муки, как хотеть отомстить и не мочь отомстить». Объективно, с точки зрения Бога, лишить ненавистника возможности мстить лучше и для других, и для самого грешника. Но для того, кто исходит бессильной злобой, это мука. А причина этой муки – то, во что погибшие себя превратили, а не благость Божия. Бог благ по отношению ко всему творению, в том числе по отношению к сатане, демонам и погибшим душам.

Итак, на муку погибших обрекает отнюдь не Бог, но их собственный грех. Бог спасает людей от греха – и от муки вечной.

ПРИЗВАНИЕ АВРААМА

Итак, мы находимся в состоянии глубокого отпадения от нашего единственного счастья, от цели, для которой мы были созданы, от Бога. Наш грех породил глубокую пропасть между нами и Богом и обрек нас на временное и вечное бедствие. Вся кровавая драма человеческой истории – нескончаемые войны, смуты, зверства, мерзости и преступления – показывает, как ад выхлестывает на поверхность, как раскаленная лава из многочисленных вулканов.