Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Том 1

Атос поклонился и продолжал:

– Но вот чего он не мог рассказать вам, потому что это происходило только между отцом, богом и мною и я никогда не говорил об этом даже самым близким из моих друзей. «Отойди, – сказал ваш отец палачу в маске, – отойди на минуту. Я знаю, что принадлежу тебе, но помни, что ты должен поразить меня, только когда я дам знак. Я хочу спокойно помолиться».

– Извините, если я перебью вас, – молвил Карл II, побледнев, – но вы, граф, знаете все подробности этого страшного события, никому другому не известные.

Не помните ли вы имени этого проклятого палача, этого труса, который закрыл свое лицо, чтобы безнаказанно лишить жизни короля?

Атос слегка побледнел.

– Его имя? – повторил он. – Помню, но не могу сказать.

– А что с ним стало?.. В Англии никто ничего о нем не знает. Где он теперь?

– Он умер.

– Он умер, но как? Неужели в своей постели, спокойной и тихой смертью честных людей?

– Он умер насильственной смертью, в страшную ночь, пораженный гневом людским и громом небесным.

Тело его, пронзенное кинжалом, низверглось в бездну океана. Бог да простит его убийцу.

– Продолжайте, – попросил Карл II, заметив, что Атос не хочет больше говорить об этом.

– Сказав это палачу, король прибавил: «Ты поразишь меня, когда я подниму руку и скажу: Remember!»

– В самом деле, – прошептал Карл II, – я знаю, что это было последнее слово моего несчастного отца. Но с какой целью сказал он его? Кому?

– Французскому дворянину, стоявшему под эшафотом.

– Стало быть, вам, граф?

– Да, ваше величество, и каждое слово короля, проникшее через покрытые черным сукном доски эшафота, и теперь еще звучит в моих ушах. Король стал на колени. «Граф де Ла Фер, здесь ли вы?» – спросил он. «Здесь, ваше величество», – отвечал я. Тогда король наклонился ниже.

Карл II в сильном волнении тоже наклонился к Атосу, ловя каждое его слово. Голова его почти касалась головы Атоса.

Граф продолжал:

– «Граф де Ла Фер, – сказал он, – ты не мог спасти меня.

Меня нельзя было спасти. Пусть я совершу святотатство, но последние слова будут обращены к тебе. Ради поддержки дела, которое я считал правым, я потерял престол своих предков и погубил наследие своих детей».

Карл II закрыл лицо руками, и слеза скатилась между его бледными худыми пальцами.

– «У меня остался миллион золотом, – рассказывал король. – Я зарыл его в подземелье Ньюкаслского замка, когда покидал этот город».