Оболганный император

Кто признает меня, кто нашел прямой путь ко мне – пусть несет воинскую службу. А ежели моему указу противиться будити, то вскорости восчувствуити на себя праведный мой гнев, и власти Всевышняго Создателя нашего избегнуть не можете. Чтобы верили: сам я, Петр Федорович, подписался тако: Я самый Петр Третий». 31).

«И я прошол прямо в церковь, – вспоминал Пугачёв о первой победе своего войска, – велел петь молебен и упоминать на ектениях государя Петра Федоровича, а государыню исключить, выговоря при том: – Когда-де Бог меня донесет в Петербург, то зашлю ее в монастырь, и пущай за грехи свои Бога молит.

А у бояр-де сёла и деревни отберу, а буду жаловать их деньгами. А которыми я лишон престола, тех без всякой пощады перевешаю. Сын-де мой – человек еще молодой, так он меня и не знает. А между тем плакал пред Богом, говоря при том: – Дай Бог, чтоб я мог дойти до Петербурга и сына своего увидел здорова. И плакал, вспоминаючи в малолетстве якобы своего сына, государя цесаревича и великого князя Павла Петровича, дабы чрез то более удостоверить простой народ в моей пользе. » 31).

5 октября 1773 года армия Пугачева подошла к Оренбургу, и началась его затяжная осада. Отряды Пугачева разъезжали по ближним и дальним оренбургским окрестностям, умножая свое казацкое войско. От казака из Петербурга Пугачев узнал об обручении Павла Петровича с немецкой принцессой Натальей Алексеевной. Царская семья жили в Царском Селе с 9 по 25 ноября 1773 года.

Незадолго до их отъезда в Царское Село в любимом им блюде Павел нашёл множество осколков стекла.

Он сразу же отнёс блюдо в комнаты императрицы, где с раздражением высказал ей подозрение в намерении его отравить. Императрица была огорчена подозрением сына и небрежностью прислуги.

Ещё больше цесаревича насторожил приезд Потемкина

в январе 1774 года в Петербург, вызванного Екатериной из Дунайской армии, и отличающегося от остальных фаворитов даровитостью и всевозможными талантами.

При дворе Екатерины произошла новая перемена.

Воспитание цесаревича закончилось, и Императрица Екатерина уволила графа Никиту Ивановича Панина

с должности обер-гофмейстера великого князя, оставив за ним управление иностранными делами.

Также был удалён покровительствуемый им фаворит Васильчиков

, осыпанный щедрыми наградами. Васильчиков был заменен Потёмкиным

, назначенным генерал-адъютантом, вице-президентом военной коллегии и членом совета.