Оболганный император

Потемкин, понимая, что его положение не могло нравиться Орловым, поспешил сблизиться с графом Паниным, надеясь приблизиться к Павлу Петровичу, которому Екатерина оказывала больше внимания. Наталья Алексеевна

присоединилась к графу Панину, чтобы убедить супруга стать на сторону Потёмкина.

В это время посланники Франции и Испании сделали всё для разногласий между Россией, Австрией и Пруссией, сблизившимися при первом разделе Польши

. Они образовали партию, в которою вовлекли великую княгиню и состоявшего при Павле Петровиче графа Разумовского

 – фаворита великой княгини, и тем самым, получили свободный доступ к великому князю.

С увеличением кредита Потёмкина, уменьшалось значение Павла Петровича, которого Екатерина старалась изолировать от окружения, сообщив Павлу об измене жены с графом Разумовским. Великая княгиня, в свою очередь, проплакав несколько дней, убедила Павла в злобности этого навета, возникшего только для того, чтобы рассорить её с мужем. Павел Петрович поверил супруге и её слезам, полюбил её ещё больше, думая, что она нелюбима его матерью и усилил своё недоверие к Екатерине.

Брат Натальи Алексеевны, наследный принц Людвиг

, поступил на русскую службу и принял участие в турецкой войне. В качестве волонтера, принц находился с марта по август 1774 года в дунайской армии. Несмотря на его пьянство, Екатерина 25 декабря, собственноручно наградила его Андреевской лентой. Отец великой княгини, ландграф Гессен-Дармштадтский, также получил Андреевскую ленту.

Цесаревич видел в Потёмкине врага по убеждениям и соперником, который пользовался доверием императрицы. 31).

В сентябре 1773 года по случаю бракосочетания девятнадцатилетнего великого князя Павла Петровича императрица осыпала наградами воспитателя своего сына – графа Никиту Ивановича Панина

. Кроме таких мелочей, как экипаж и придворные ливреи, годовой запас провизии и вина с серебряным сервизом стоимостью 50000 рублей, Екатерина повелела оплатить Панину дом в Петербурге по его выбору и выдать ему на обзаведение 100 тысяч рублей, а также присвоила ему звание первого класса в ранге фельдмаршала с жалованьем, и столовыми деньгами по чину канцлера (чин 1-го класса по Табели о рангах; присваивался руководителям Коллегии иностранных дел).

Ещё ему были положены ежегодные жалованье по 14000 рублей и пенсион в 25000 рублей, сверх получаемого им уже ранее пенсиона в 5000 рублей, 4512 душ в Смоленской губернии и 3900 душ в Псковской губернии.