Хранитель очарованных комнат

Подойдя к двери с тяжелой сумкой на плече, в которой лежали инструменты, Хюльда взялась за медный дверной молоток и постучала четыре раза. Громко. Она не любила повторяться.

Мгновение царила тишина. Затем она услышала, как что-то плотное свалилось на пол – и не раз, – а потом раздался короткий вскрик. Вытащив папку, она в последний раз взглянула на записи, для верности. Мерритт Фернсби.

– Да? – его голос пронзительно прозвучал с той стороны двери, и отчаяние просочилось сквозь дерево.

Хюльда поправила очки.

– Мистер Фернсби?

– Пожалуйста, помогите! – закричал тот. – Он меня не выпускает!

О боже. Хюльда открыла сумку.

– Как долго вы находитесь в доме?

Дверная ручка задрожала.

– Кто вы? Я пытался разбить окно, но… О господи, она снова на меня смотрит.

– Пожалуйста, воздержитесь от нанесения повреждений зданию. – Она вынула ломик. – Кто смотрит на вас?

– Женщина на портрете!

Хюльда вздохнула. Такие дома и правда стоит пропускать через БИХОК, прежде чем передавать обычным гражданам.

– Отойдите, мистер Фернсби.

Она вставила край лома между дверью и косяком, затем пробормотала:

– Серьезно, домик. Он не станет о тебе заботиться, если будешь вести себя как дитя.

Она надавила несколько раз, прежде чем засов поддался и дверь открылась внутрь, а затем Хюльда вернула лом в сумку.

Четыре пальца ухватились за дверь и рванули ее на себя.

Он был почти шесть футов ростом[5 - Около 183 см.]. В бумагах сказано, что ему тридцать один – на три года меньше, чем Хюльде, – хотя с мешками под глазами выглядел он старше.

У него были светло-каштановые волосы, которые старомодно доходили до плеч и нуждались в расчесывании. Нос у него был прямой, слегка утолщенный в центре переносицы. Одежда была хорошо пошита, но вместо галстука на нем был разноцветный шарф, который явно видал лучшие дни. Две верхние пуговицы его бледно-желтой рубашки были расстегнуты – нет, все пуговицы были застегнуты неправильно, потому что он пропустил одну, и это не давало Хюльде покоя, требуя привести его внешний вид в порядок, но она была экономкой, а не камердинером. Одна нога бедного мужчины была босая, вторая – в носке, а в голубых глазах плескалась паника, будто он несколько лет не видел людей.

Этого можно было ожидать.

– Здравствуйте, мистер Фернсби. – Она протянула руку. – Меня зовут Хюльда Ларкин. Меня прислал БИХОК, Бостонский институт хранителей очарованных комнат.