Теория доброй воли

Нравственность исходит из общественных стремлений человека к любви. Как и его современник Лейбниц[220 - См.: Чичерин Б. Н. История политических учений. Часть 1. – С. – Петербург: РХГА, 2006 – с. 548, 552—573], вкладывающий в высший принцип человечности истину, Томазиус именует человека caritas sapientis (любящий разумность)[221 - Новгородцев П. И. Кант и Гегель в их учениях о праве и государстве. – Москва, 1901 – с. 51, 56]. Естественное право есть нравственная справедливость, отделенная от этики, которая является учением о честности.

Томазиус вводит принцип всеобщности естественного права, которое распространяется на всех вне зависимости от убеждений совести, и принцип разумности как основы блага. Социальный принцип при объяснении обязанностей частных субъектов не подходит, т. к. требует юридических и философских уловок для своего толкования, что мы увидим ниже у Канта. Основа стремлений людей – счастье. Счастье частное равно счастью всеобщему. Требования счастья, исходящие от частных субъектов, объемлют собой все человеческие устремления и требуют разумного, справедливого и честного (добросовестного) – принципов, закрепленных в современном российском гражданском законе. Объединяют эти принципы в добрую волю сила, монополией на которую обладает государство. Блюнчли отмечает, что такая интерпретация права устарела и недостаточна для цивилизованного государства: нельзя сводить естественное право к формальному, необходимо учитывать народную волю; государственное принуждение подходит для уголовного права и судопроизводства, но неэффективно в гражданских правоотношениях и конституционном строительстве. Судебное рассмотрение споров – крайняя форма разрешения конфликтов, необходимо стремится к такому государственному устройству, в котором общество достигает наибольшей выгоды для всех частных участников в соответствии с общественными представлениями о справедливости. Стремление к огосударствлению антагонистично защите личных прав, идеализирование внутреннего содержания человека пригодно только для изолированных субъектов[222 - Блюнчли И.  К. История общего государственного права и политики. – С. – Петербург, 1874 – с. 182—185. Нравственная школа немецкой юриспруденции XVIII в. до Канта изложена в кн.: Чичерин Б. Н. История политических учений. Часть 1. – С. – Петербург: РХГА, 2006 – с. 638—648]. Таким образом, к началу XVIII в. юридическая мысль еще не достигла вопроса разграничения личной и общей доброй воли, но начался кризис мировоззрения[223 - См.