Образ и предвкушение

И то, и другое всего лишь отрезок времени. Значимо только, что происходило в это время, а оно само ничего не значит. Но образ времени для человека имеет иное содержание. Он боится его, считает, что время безжалостно, неуправляемо, подчиняет и уничтожает.

«Может быть, следует попросить у времени срок?!»

П.Сэлфинг

Одни хотят, чтобы время шло быстрее, другие наоборот – пытаются всячески его задержать. И надо признать, что всё это совершенно бесполезно. При таком понимании времени оно смотрит на нас со стороны и проходит мимо.

Чаще всего вообще никого не замечает и движется только ему ведомо куда. А может быть оно стоит или его вообще нет?!

«Измерение времени! Мы так устроены, что у нас нет сознания времени, и мы не можем познать его и проникнуть в его печали и радости иначе, как под условием подсчета и меры, подобно счёту монет, которых мы не увидим больше. Оно воплощается, оно получает значение сущности только в тех сложных машинах, которые мы изобрели для того, чтобы сделать его осязаемым, и, не существуя само по себе, оно получает вкус, аромат, форму от инструмента, его определяющего.

Минута, отчеканенная маленькими карманными часами, имеет иной лик, чем та, которую длит большая стрелка башенных либо соборных часов».

М.Метерлинк

Однако человек так устроен, что всё хочет удержать, то, что проходит мимо, то, что уверен, обязательно закончится. И создаёт для времени ловушки, преграды, которые, как кажется, помогут. Чаще всего это какие-то памятные вещи, которые несут на себе его воспоминания, пережитые эмоции, отношения с другими и т.

п. Они как бы созданы для подобной «запруды времени», оно останавливается на них и готово в любой момент восстановится, как только человек возвращается к этим предметам. И образ также является подобной ловушкой времени. Он концентрирует не только всё, что важно для носителя образа, что им пережито и переживается в настоящее время, но и всё, что значимо для аудитории.

Цветок засохший, безуханный,

Забытый в книге вижу я;

И вот уже мечтою странной

Душа наполнилась моя:

Где цвел? когда? какой весною?

И долго ль цвел? и сорван кем,

Чужой, знакомой ли рукою?

И положен сюда зачем?

На память нежного ль свиданья,

Или разлуки роковой,

Иль одинокого гулянья

В тиши полей, в тени лесной?

И жив ли тот, и та жива ли?

И нынче где их уголок?

Или уже они увяли,

Как сей неведомый цветок?

А.