Чаролом

Впрочем, неважно, как бы она смотрела на все это: в любом случае, для того, кто замыслил зло, две пары мускулистых рук являлись веской причиной – пожалуй, даже четырьмя вескими причинами, в зависимости от того, как на это посмотреть, – чтобы удрать со всех ног.

Вот почему Леандра очень удивилась, когда нищий кинулся на неё с ножом.

Они шли по проспекту Утрана на север, в Жакарандовый квартал, и преодолели уже четверть пути наверх. В стенах города террасы, занятые затопленными полями риса и тарро, казались зеркалами.

На востоке протянулся залив, напоминавший гигантскую шахматную доску благодаря теням плывущих над ним облаков. На краю залива, словно зубы дракона, торчали Стоячие острова.

Было прекрасное, тихое утро, такое непостоянное в своем тропическом великолепии. Именно такое утро напоминало Ленадре, почему она влюбилась в этот город.

Проспект Утрана не представлял собой ничего особенного, но и трущобами его назвать было нельзя. Он шел вдоль доброй части шестнадцати городских террас.

Со стороны залива его огораживала невысокая, по пояс человека, стена, за которой стояли дома и беседки. Там же высился и вулкан. Одинокая обезьяна сидела на водосточном жёлобе, осматривая окрестности в явной надежде что-нибудь стибрить.

Прохожих было немного: молодые женщины с корзинами фруктов, торговец рисом, толкающий свою тележку с тяжёлыми мешками. Тяжело протопал слон, несущий бревно для какого-нибудь нового дома.

Затем они прошло мимо нищего в грязном ланготе. Тот сидел на корточках, перед ним стояла деревянная миска. Его завывания они услышали издалека:

– Ру-у-упию, подайте одну ру-у-упию, рупию для бедняка и его голодных детушек!

В конце своего напева он встряхивал миской, звеня несколькими монетками, и начинал по новой:

– Ру-у-упию, подайте одну ру-у-упию!

Когда Леандра проходила рядом, нищий три раза встряхнул миской, а в следующее мгновение уже вскочил на ноги, наставив на неё нож.

Испуганно взвизгнув, Леандра отпрыгнула. Она не успела ни о чём подумать, а нижняя правая рука Дрюна уже сжимала запястье нападавшего. Отведя удар от Леандры, Дрюн протащил руку нищего вдоль оси атаки, заставив того повалиться вперед и заорать.

Раздался хлопок, за ним – звенящий звук. Дрюн вскинул верхнюю правую руку, словно цирковой фокусник, и у него в кулаке оказалась небольшая подрагивающая стрелка.