Стелла

 – Он был скрыт тенью и облаками.

– Какое великолепное место! – пробормотала она. – Кто там живет, дядя?

– Уиндворды, – ответил он тем же задумчивым тоном, – Уиндворды. Они жили там сотни лет, Стелла. Да, это великолепное место.

– Мы называем это дворцом в Италии, дядя.

– Это дворец и в Англии, но мы более скромны. Они довольствуются тем, что называют его Залом. Старое место и старый род.

– Расскажи мне о них, – тихо попросила она. – Ты их знаешь, они твои друзья?

– Я их знаю. Да, они друзья, насколько вообще может быть дружба между бедным художником и лордом Уиндварда.

Да, мы друзья; люди называют их гордыми, но они не слишком горды, чтобы время от времени приглашать Джеймса Этериджа на ужин; и они обвиняют его в гордыне, потому что он отказывается нарушить тишину своей жизни, приняв их гостеприимство. Посмотри туда налево, Стелла. Насколько ты можешь видеть, простираются земли Уиндварда, они простираются на мили между тамошними холмами.

– У них есть некоторые причины гордиться, – пробормотала она с улыбкой.

 – Но они мне нравятся, потому что они добры к тебе.

Он кивнул.

– Да, граф был бы более чем добр, я думаю…

– Граф?

– Да, лорд Уиндворд, глава семьи; его называют лордом Уиндворда. Все они были названы лордами Уиндварда здешними людьми, которые смотрят на них снизу вверх, как будто они являются чем-то большим, чем люди.

– И он живет там один? – спросила она, глядя на особняк из серого камня, поблескивающий в лунном свете.

– Нет, есть леди Уиндворд и дочь – бедная девочка.

– Почему ты говоришь "бедная девочка"? – спросила Стелла.

– Потому что все богатство рода не сделало ее чем то еще, как объектом нежной жалости. Она инвалид; ты видишь это окно, то, в котором горит свет?

– Да, – сказала Стелла.

– Это окно ее комнаты; она лежит там на диване и весь день смотрит на долину!

Глава 2

– Бедная девочка! – пробормотала Стелла. На мгновение воцарилась тишина. – И эти трое живут там совсем одни? – спросила она.

– Не всегда, – задумчиво ответил он. – Иногда, не часто, приезжает сын Лейчестер. Он виконт Тревор.

– Сын, – сказала Стелла. – А какой он из себя?

Вопрос, казалось, привел в действие какой-то ход мыслей; старик на несколько минут погрузился в молчание. Затем внезапно, но осторожно он встал и, пройдя в другой конец комнаты, взял картину из нескольких, стоявших у стены, и протянул ее ей.

– Это лорд Лейчестер, – сказал он.