Год Оракула

Вот самое вероятное предположение. И скажу тебе, что мало есть людей, которые смогли бы тебе это промоделировать вот так, за пару минут. У меня мозг взорвался.

Уилл на минуту лишился дара речи. Положил пальцы на клавиатуру, руки дрожали.

– Это наше стартовое предложение? – сумел он спросить.

– Окончательное. Вот это они должны будут уплатить, если хотят свою информацию. Им это оставляет здоровенную прибыль, неимоверно здоровенную. Я даже слегка скостил, учитывая, что… все это так офигительно необычно.

Уилл покачал головой:

– Почему ты так уверен? А если они обозлятся и выйдут из разговора?

– Не выйдут. У них та же информация, что у меня, и они могут построить те же проекции. Если знаешь, как это делать, то гадать уже не надо. Имеешь дело с фактом. Конечно, – добавил он, – им наверняка пришлось на эту работу поставить человек тридцать, чтобы получить тот же ответ.

Уилл постарался унять дрожь в руках.

Оракул: 450 миллионов долларов. Торговаться не будем. Это единственная цена, на которую мы согласны.

И снова пауза.

СВБГ: Сумма существенная. Нам потребуется время на сбор таких средств.

– Твою мать, – выдохнул Уилл. – Они согласились!

– А куда они денутся, – ответил Хамза. – И теперь они знают, что мы, черт побери, понимаем, что делаем.

– Они говорят, что им нужно время на сбор денег. Сколько им дать?

Хамза на пару секунд задумался.

– Семьдесят два часа. Могут ликвидировать некоторые активы, если понадобится, но последний их проспект утверждает, что у них почти столько же на инвестиционных счетах, готовых в дело.

Оракул: Средства должны быть получены в ближайшие 72 часа.

СВБГ: Согласны. На тот же счет?

ОРАКУЛ: Да. Используете ли вы до конца оплаченное время беседы?

СВБГ: Да, но еще одно. Если вы нас обманули, будьте уверены, что мы используем все возможные средства, чтобы вас уничтожить и вернуть наши деньги.

Уилл нахмурился, сердито глядя через экран лэптопа. Руки вдруг стали очень твердыми.

Оракул: Меня уничтожить? Десять слов на Сайте – и больше ничего не надо. Что для вас, что для каждого в этом мире. Подумайте об этом, кретины.

Уилл закончил беседу. Он решил, что фонд несколько онемел после финального обмена репликами, что вполне понятно. Ответа ни на один из следующих вопросов он не знал, и это было хорошо и правильно.