Год Оракула

Как уже сообщил директор Хальворссон, разговор шел по совершенно засекреченной линии, а наши источники – не те люди, которые участвовали в переговорах с Оракулом. У нас все из вторых рук: разговоры в курилке, помощник руководителя что-то подслушал – вот такого уровня сведения. Подобраться к кому-то, реально владеющему информацией, мы не можем. Они заплатили за нее кучу денег и делиться не расположены.

Жулик подскочил к людям, рассыпая на каждом шагу снежную пыль, и забегал вокруг ног главы аппарата.

Лейхтен нагнулся, дернул за ошейник. Жулик взвизгнул и повалился набок, глядя обиженными глазами.

– Черт побери, заберите кто-нибудь эту тварь в дом, – сказал Лейхтен, обернулся и махнул стоящим неподалеку людям из секретной службы. Один из них что-то сказал негромко в микрофон на лацкане, потом подошел и увел Жулика прочь. Лейхтен подбоченился: – Такие ответы я принимать отказываюсь, – заявил он. – Этот человек создает себе базу власти, вступает в союз с представителями самых могущественных людей и корпораций в мире.

Зачем? У вас есть хоть какая-то полезная для меня информация? Хоть что-то?

– Есть одна вещь, – сказал Хальворссон.

Франклин удивленно обернулся к нему.

– Мы смогли отследить некоторые крупные платежи, произведенные лицами и организациями, находящимися, как нам известно, в контакте с Оракулом. Выплаты были направлены в один и тот же банк на Каймановых островах, хотя все на разные номера счетов.

Лейхтен поджал губы:

– Сколько?

– Разные были суммы, но все не меньше десяти миллионов долларов, – ответил Хальворссон.

 – Самые крупные – порядка сотен миллионов. В общем итоге чуть больше двух миллиардов.

– Прекрасно. И на что он их тратит? – рявкнул Лейхтен. – На пару миллиардов долларов можно закупиться «АК-47». Можно построить тренировочные лагеря террористов по всему Ближнему Востоку. Можно нехило продвинуться к созданию атомной бомбы. Он-то на что их тратит?

Франклин и Хальворссон смотрели на него молча, и молчание затянулось на несколько секунд.

Лейхтен сложил руки на груди и отвернулся.

– Ладно, значит, так, – сказал он. – У меня еще много работы. Найдите Оракула. Или подготовьте для меня предложения, кем вас заменить.

Хальворссон наклонил голову и повернулся уходить. Франклин помедлил.

– Тони, можно мне еще буквально несколько минут? – спросил он.

Лейхтен удивленно поднял голову.