Год Оракула

Тренер поставила стакан на книжку, прямо на портрет Лейхтена, улыбкой украшающий ее обложку.

– Знаете, мое коммерческое предложение было предназначено президенту Грину, но я за свою карьеру научилась держать удары. Если честно, может быть, даже лучше, что это вы, Тони.

Она опустилась в кресло, глаза ее блестели.

– Вы считаете себя избранником судьбы, мистер Лейхтен, – в буквальном смысле. Вы думаете, что это вы направляете мир, бережете его от гибели. Одинокий факелоносец, переносящий американскую мечту в двадцать первый век.

Повелитель марионеток. Поэтому вы терпеть не можете, когда что-то выбивается из-под контроля. Бедняги, погибшие в беспорядках из-за Оракула, Сайт, миллиардеры, покупающие предсказания, которыми не хотят делиться с вами и с вашими людьми.

Лейхтен бросил на Франклина взгляд, мысленно добавив предательство к списку причин, по которым он решил, что в понедельник утром у ФБР будет новый директор.

Франклин только пожал плечами и снова повернулся к Тренеру, которая продолжала говорить:

– На самом деле вся история с Оракулом… это такое бревно у вас в глазу, что почти невозможно думать, что этот хитрый старый пророк делает это не нарочно, будто жирный фак прямо вам в лицо показывает.

Тренер посмотрела на свою руку, медленно разогнула средний палец, осмотрела его и так же медленно согнула.

– В конце концов, Тони, это же у вас должна быть способность предсказывать будущее? Вот как вы для людей выигрываете выборы.

Вы предвидите, что на нас надвигается, и поворачиваете это в нужном вам направлении.

Лейхтен попытался найти какой-нибудь способ вернуть разговор под свой контроль. Эта женщина просто никто. Будь она кто-то, он бы о ней слышал. Он вспомнил всех, кого победил за многие годы, – судей Верховного суда, сенаторов, журналистов, чертовски хитрых сукиных детей всех мастей, и взял себя в руки.

– Оракул? – спросил Лейхтен. – Почему вы о нем вспомнили?

Тренер взяла стакан, ее губы изогнулись в улыбке.

– Ну, бросьте. Оракул – самая модная и популярная тема. Кто он, откуда он, зачем он так. Все хотят знать, и у каждого есть мнение. Кроме, – она показала на Лейхтена, – кроме вашего босса. От Президента Соединенных Штатов почти ничего не слышно. Это значит, что либо он ваш, либо вы понятия не имеете, кто он, и не хотите рисковать, занимая ту или иную позицию.

Ой, подумал Лейхтен, но в лице не изменился.