Эта ложь убьет тебя

Или они могут убить друг друга, чтобы выиграть приз.

Холод разлился внутри Джунипер, она хотела вытащить маркер из коробочки. Но как только кончики ее пальцев прикоснулись к нему, она услышала вопль из соседней комнаты. Потом грохот, будто чье-то тело ударилось о стену.

Руби.

8

Папочкина дочка

Руби дышала медленно и мерно. Ей удалось остановить дрожь в руках. Но она не могла усмирить сердцебиение. Каждый раз, когда она окидывала взглядом странно обставленную спальню, желудок сворачивало спазмом, а сердце выпрыгивало из груди.

Она стояла в комнате, которую выхватили из ее снов. Кровать с красным бархатным покрывалом, настолько старым, что красный цвет стал почти розовым, и туалетный столик, уставленный антикварными безделушками. Руби обожала старинные вещи, нелюбимые вещи, забытые вещи. Ни у одной из ее мягких игрушек не было фабричных глаз. И это тоже нашло свое отражение здесь. Полдюжины плюшевых медведей были разбросаны на кровати, и у каждого вместо глаз блестели бусины.

Красные, конечно. Любимый цвет Руби.

Она подошла к кровати и прижала к груди плюшевого мишку. Это ее успокаивало даже в этой странной ситуации. Забравшись на бархатное покрывало, она легла на спину, надеясь унять судорожно бьющееся сердце.

Ей потребовалась секунда, чтобы заметить этого мужчину. Он смотрел на нее с потолка, у него были рыжие растрепанные волосы. Вот он улыбается. Вот он выглядит задумчивым. Вот он держит на руках рыжего младенца и смотрит на ребенка с такой любовью, что глаза Руби наполнились слезами.

Она резко села, но не могла убежать от него. На прикроватном столике стояла фотография в рамке, сделанная на пикнике, и на ней была вся семья Валентайн. Мать, и отец, и дети. Это была последняя фотография, где они снялись вместе, до исчезновения отца.

Руби закричала и швырнула фотографию в стену.

Стекло разбилось. На мгновение ей стало легче, грудь наполнило тожество справедливого отмщения. Потом она залилась слезами. У нее все расплывалось перед глазами, когда в комнату ворвалась Джунипер, подобно вихрю из голубых блесток и черных волос.

– Что случилось? – спросила Джунипер, бросаясь к ней. – Здесь кто-то был? Тебя обидели?

Руби показала пальцем на пол. Среди разбитых осколков лежала фотография. Джунипер наклонилась над ней, подняла деревянную рамку.

– Кто ее бросил?

На этот раз Руби даже рассмеялась, потом улыбка исчезла.

– Я.

Джунипер прищурила глаза.

– Ты бросила… Ох.