Притчи отовсюду. Сказки, эссе, истории, сны, диалоги из разных книг

Это уже многогранник с яркими гранями – жёлтыми, зелёными, красными. Но – угловатое, пёстрое, нахальное – оно всё же остаётся яблоком. Это яблоко-клоун, с вызовом демонстрирующее, на что ещё способна яблочная природа. Оно не позволит задумчиво сжевать себя. Не зря оно участвует в маскараде, у него есть свой экстравагантный шанс стать победителем…

Новый перелёт. Всё затихло, только нежная мелодия поплыла над лужайкой. Яблоко звучало, светилось и росло. Вот оно уже возвышается посреди лужайки, и кудесники, как крохотные пёстрые кузнечики, удивлённо смотрят на него.

Яблоко стало прозрачным, видны все удивительные его клетки, налитые искрящимся соком. Видна сердцевина, лежащие на атласных ложах коричневые каплевидные семена. Взгляд может войти в каждое из них, и там открывается новый мир: разрастается зародыш будущей яблони, она зеленеет и цветёт, на ней вызревают новые яблоки, каждое из которых становится новой вселенной, каждое светится и звучит…

Я не заметил, как произошло новое превращение. Яблоко снова мелькнуло в воздухе, упало на землю – и подкатилось ко мне.

Я взял его в руки. Обычное яблоко. Разве могу я, не кудесник, что-то с ним сделать?..

…Могу! Могу не забыть всё, что видел!.. Даже когда проснусь.

Сон про агентство путешествий

– Сэ-э-эр, – пропел с одесским акцентом весёлый парень, поднимаясь мне навстречу. – Мы рады вас видеть. Какой способ передвижения предпочитаете? Да-да, понимаю, просто хотите попробовать. Вам сюда.

Он распахнул дверь, впустил меня и исчез, вернулся обратно в приёмную.

Я стоял в пустом зале. На сцене расположился, поблескивая инструментами, целый оркестр, и при моём появлении дирижёр поднял палочку, хотя в зале я был один. Не было людей и не было кресел. Но я бы и не успел присесть.

Всплеснулась музыка, и мягкая сила подняла меня в воздух. Стены зала растворились в пространстве, оркестр уплыл куда-то за горизонт, но музыка звучала и несла меня над землёй.

Внизу тянулись дороги, и каждая имела свой смысл и свою цель, даже самая крошечная лесная тропинка.

Даже заброшенная узкоколейка с заржавленными рельсами вела не просто к разрушенным баракам, а к памяти и боли.

Пульсировали трудной, мятущейся жизнью города. Земля откликалась – радостно или негодующе – на возрастающую силу человека. Ум и глупость, человеческие чувства и поступки – всё вплеталось в ритм и мелодию, в тревожные и торжественные звуки, энергия которых влекла меня вперёд.

Но вот музыка постепенно затихла.