Меч и Крест

Вильгельм, произнося эти слова, потирал немеющие пальцы.

– Надо не допустить усиления лангобардов! – порывистый Хэмфри посмотрел прямо в глаза старшему брату.

– Как?

– Мы обложим их тяжкой данью, распустим ополчение городов, пошлём гарнизоны в их крепости.

– Где ты возьмёшь людей, для того чтобы отправить их во все города лангобардов? Ведь как сказал Дрого, у нас всего около двухсот рыцарей.

Дрого, поставив чашу на стол, подошёл к братьям.

– Надо взять заложников среди лангобардов. Самых знатных и богатых.

Самих или членов их семей. Лучше всего, их детей. И тогда, если эти скоты посмеют напасть на нас, мы перережем всех заложников. Пусть твари, трижды подумают, прежде чем подымать против нас восстание.

– Отличная мысль!

– Согласен!

– Молодец Дрого!

– Я сам займусь этим.

Вильгельм, протянув руку, потрепал Дрого по плечу.

– Молодец. С лангобардами вроде как решили… Но вот что делать с греками. Они засели в своих городах, и нам надо выбить их оттуда.

Но надо, если мы хотим прочно обосноваться на этих землях. Императоры в Константинополе никогда не смирятся с нашим господством здесь. Рано или поздно они пришлют новую армию, и тогда…

– Да, тогда одним нам не выстоять.

Все четыре брата вновь погрузились в размышления. Мысль о том, чтобы попросить помощи у Райнульфа Дренго, отпала сразу.

Первым из задумчивости вышел Хэмфри.

– Граф, это одно из звеньев вассальной цепи, которая связывает императора или короля, через герцогов и младших баронов, с самыми последними из крестьян.

Нам надо найти себе сюзерена.

Трое братьев, с удивлением смотрели на Хэмфри, не ожидая от него таких познаний и высокопарных слов.

Хэмфри смущённо улыбнулся.

– Я просто вспомнил слова, которые мне читал из книги один монах.

– Что за монах?

– Грек. Он служит у меня писцом и переводчиком. Весьма образован.

– Да, как бы то ни было, но, похоже, что твой монах прав.

– Снова кому-то подчиняться?! Не желаю! – злой Готфрид сложил руки на груди.

– По-другому нам не выжить, Готфрид. Ни как. Это… Вынужденная мера.

– Тогда, кто? – спросил Дрого.

– Я вижу только одного… Гвемара Салернского.

– Твою мать!

– Может кого другого?

– Нет, братья мои. Нет. Гвемар, князь Салерно, герцог Амальфи, князь Капуи. Он самый могущественный владетель в этих землях. Мы должны будем подчиниться ему.

– Кровь Христова! Снова лангобардская собака!

– Мудро Вильгельм, мудро.