Савойская терция

И в церкви, как когда-то давно, ещё при первой встрече, Альваро положил руку на голову Гарсиа, и тот затих, умиротворённый. А у самого билось в мозгу: «Африка… Африка… Снова, Африка…»

В 1535 году, Карл, король Испании и император Священной Римской империи, объединивший под своей властью большую половину всех христианских земель Европы, решил нанести удар, по всё возрастающей силе Османского султаната.

Целью для этого он избрал Тунис, в прошлом году завоёванный знаменитым пиратом Хайреддином Барбароссой, командующим флотом султана Сулеймана I.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

– Дориа! Я снова вижу этого изменника, этого предателя Андреа Дориа![9 - Андреа Дориа (1466–1560) – генуэзский адмирал, с 1528 г. фактический правитель Генуэзской республики. За свою долгую жизнь и карьеру служил королю Испании, папе римскому против короля Испании, своему родному городу против Франции и Франции против своего родного города, Франции против Испании и Испании против Франции] И всё его ублюдочное семейство! О, Господи, ну почему я не король! Будь я королём, я бы приказал повесить эту продажную шлюху Андреа Дориа, и весь его собачий выводок!

– Успокойся, старина, успокойся.

Ныне Дориа наш союзник, и верно служит нашему общему делу, – Альваро де Сандо попытался унять своего не в меру разошедшегося лейтенанта Фредерико Кабеса.

– Что?! Дориа верно служит?! Подло кого-то ограбить, заработать денег, не гнушаясь даже сделок с мусульманскими пиратами, вот это как раз в духе Дориа! Он словно продажная девка, ложиться под руку нашего короля, а просыпается в объятиях короля Франции! Вот кто такой, этот Дориа!

– Хватит орать, Фредерико, я не хуже тебя знаю, всю сущность продажной натуры Дориа.

– А ты помнишь, как долбанный Филиппино Дориа, племянничек Андреа, осаждал нас в Неаполе? Помнишь?!

– Стараюсь забыть…

Тогда, семь лет назад, в 1528 году, войска маршала Франции Оде де Фуа, осадили Неаполь с суши.

А восемь галер Филиппино Дориа, по приказу Андреа Дориа, блокировали город с моря. И вице-король Неаполя – Уго де Монкада, стремясь прорвать блокаду, повёл свои корабли в битву. Но генуэзцы на море были непобедимы. Уго де Монкада погиб, а весь его флот уничтожен. И Альваро помнил, всегда помнил в своих ночных кошмарах, как он тогда тонул, как тяжёлые доспехи тянули его в пучину морскую, как смыкалась над ним толща воды, и мерк солнечный свет.