Владимир Орловский. К истории русской живописи

141]

Понимая это, и имея опыт работы с учениками Академии, наставник Владимира Орловского, профессор Академии Художеств Боголюбов, в 1868-м году представляет на имя вице-президента Академии графа Г.Г. Гагарина проект создания в Академии Художеств специального пейзажного класса. Не пытаясь ставить под сомнение один из главных постулатов академического образования- верховенство исторической живописи, он в проекте приводит основания считать овладение пейзажной живописью важной часть художественного образования для всех художников, какому бы роду живописи они себя ни посвятили: «Проект.

Об учреждении при Императорской Академии Художеств художественнаго пейзажнаго класса. Безспорно, историческая живопись есть главная в искусстве, как вмещающая в себя все остальные отрасли (жанры). Но во всех Европейских Академиях всякаго рода жанр обыденных ли сцен жизни или баталической или архитектурный, портретный, пейзажный, проч., имеют свою самобытность, и мастерския, существуя для каждаго жанра отдельно, служат одинаково для всех художников местом изучения тех необходимых аксессуаров, без которых никакая картина не может быть верна если обстановка места ея не взята с натуры. Эти условия к сожалению вовсе не считались необходимыми для наших академических учеников по недостатку нужных для этого материалов и сведущих руководителей. До сих пор в нашей С.П. Академии пейзажный жанр имел таки свое место или гражданство; для изучения его назначен штатный профессор, который должен учить письму с натуры масляными красками и исполнять в тоже время обязанности преподавателя по классу рисования в отделе гипсовых голов. На сколько хватает у такого Профессора времени, как силен в искусстве этот Профессор, пригоден ли он по своим летам и знанию, к современному письму с натуры, способен ли он привязать к себе ученика, внушить уважение к себе и своей работе, сказать это очень трудно. Если академический Профессор и соединяет в себе все эти необходимыя качества, то не имеет кроме своей собственной мастерской (если еще у него таковая имеется) другого места где бы мог ученик работать, он не может конечно следить за ним и быть ему во время самой работы полезным. Из всего этого мне видна совершенная необходимость учреждения пейзажнаго класса и хотя до сих пор в Академии его не существовало, потребность заниматься изучением этого рода живописи чрезвычайно чувствительна не только между учениками Академии но и между частными любителями. Говорю это на основании моего многократного опыта.