Мальчик и его собака перед концом света

От мыслей о доброте Джесс у меня на глазах выступили слезы, поэтому я велел голосу замолчать и начал высматривать мелководье и рифы в приближающемся незнакомом переходе. Сосредоточившись на этом деле, я незаметно для себя миновал знакомые границы нашего мира.

В заливе между Коллом и Тайри все изменилось. Небо потемнело, и ветер, дувший в спину, сменил направление и стал опаснее. Словно почувствовав, что невидимая граница осталась позади, Джип свернулся клубком на скамье рядом со мной. Он не закрыл глаза, а просто положил голову на лапы, вздохнул и грустно уставился в стену напротив.

Его взгляд немного удручал, но дружеское тепло, исходившее от его тела, приободрило меня.

«Добрая надежда» ровно плыла по мощным волнам регулярного Атлантического течения, но без защиты в виде барьерных островов движение лодки изменилось. Она замедлилась, и вода вокруг нас превратилась в тошнотворный ветряной круговорот. Бо2льшую часть дня видимость была хорошей, но теперь по другую сторону островов нас ждало несколько дождевых шквалов.

Спустя пять минут мы оказались под проливным дождем, словно возникшим из разреженного воздуха. Он начался внезапно, и я едва успел накинуть дождевик поверх куртки. Джип спрыгнул со скамьи и, скользя по полу, ушел в каюту. Там он устроился на рыбной сетке так, чтобы видеть меня сквозь узкий люк.

По другую сторону от шквала видимость прояснилась, и я увидел, что красные паруса скрылись в более сильном дожде. Я снял капюшон дождевика, с которого сочилась вода, и уставился в темноту.

Я знал, что лодка была там – на какое-то время я потерял ее из вида, но Брэнд вряд ли бы успел скрыться от меня. И все же отсутствие красных парусов встревожило меня.

Теперь, оглядываясь назад, я не мог поверить, как глупо вел себя из-за гнева. Кроме споров с семьей, которые были для нас такими же естественными, как вода для рыбы, я ни разу не сталкивался с человеком, который желал мне зла. Решение взять пистолет означало, что в глубине души я осознавал возможную опасность, но лук и стрелы всегда были со мной, как телефон в твоем перенаселенном мире.

Подстрелить кролика быстрее, чем расставить ловушку, если тебя застал голод вдали от дома. Мы привыкли добывать пищу с помощью этого вида оружия.

Потеря красных парусов из виду встревожила меня, зато заставила выйти за пределы привычного мышления. Мне пришлось обдумать другие возможные пути предстоящего будущего.