Идеальная мишень

– Нам его не дадут, – вздохнул Романенко, – мы трижды запрашивали Министерство обороны, ссылались на неотложность розысков, объясняли, что Труфилов уволен из ГРУ почти десять лет назад. Все безрезультатно. Я подозреваю, что они вообще никому не выдают подобных сведений. Мы получали только биографические данные, которые и без того известны. Их даже можно понять. Наверняка среди людей, с которыми общался Труфилов, были и граждане стран Шенгенской зоны, и ныне действующие агенты. В любом случае из ГРУ мы получали только вежливые отказы.

– Именно поэтому я пошел на вариант с Бергманом. Руководство компании «Роснефтегаз» может оказаться более заинтересованным в получении нужных нам сведений. И боюсь, будут куда настойчивее вашей организации.

– Вы хотите сказать, что они могут получить секретные материалы из ГРУ? – изумился Романенко. – Конечно, в нашей стране царит бардак, но не до такой степени.

– До такой, – печально отозвался Дронго, – За последние десять лет я уже ничему не удивляюсь. Мы обязаны предполагать самое худшее.

Я думаю, что агентурные данные они, конечно, не получат, но подробности работы Труфилова за рубежом могут поиметь. Во всяком случае – адреса людей, с которыми он общался.

– А если они его уберут до того, как мы его найдем?

– Что мешало им сделать это раньше? Труфилов не мальчик. Он понимает степень риска, на который идет. Но надеюсь, что мы окажемся на финише вместе и я получу ценнейшего союзника в лице бывшего майора военной разведки. В конце концов, он просто обязан бороться за собственную жизнь.

– Надеюсь, что вы правы. А что делать с этими типами, которые дежурят у вашего дома?

– Ничего. Уберите оттуда сотрудников ФСБ, чтобы они не спугнули «дежурных». Иначе я не смогу действовать.

– Уже убрал. В агентстве работают бывшие сотрудники МВД и КГБ, я не хотел подставлять наших людей.

– Разумно, – согласился Дронго. – Как, вы сказали, называется это агентство?

– «Чагчаран». Что-то восточное. Сейчас наши выясняют, откуда такое экзотичное имечко.

Странно… Мы проверяли, президент компании некто Артемьев, бывший сотрудник милиции, уроженец Перми…

– Чагчаран, – повторил Дронго, – а этот ваш Артемьев не был в Афганистане?

– Кажется, был. Его там ранили, но легко. После возвращения продолжал службу в милиции. А почему вы спрашиваете?

– Я, кажется, понял. Чагчаран – небольшой городок высоко в горах, на перевале Шутурхун. Это совсем недалеко от туркменской границы. Возможно, он там и был ранен.