История безнравственности

– Эта дамочка, которая стояла у нас за спиной, тоже «развивается»? – не скрывая своей иронии, спросила Джил.

– Своеобразным образом. Возможно, она гораздо умнее, чем нам кажется. Понимает, что их брак недолговечен, и пытается выжить из него все возможное. Такое тоже бывает.

Он не успел закончить фразу, когда мимо них прошла компания людей, громко говоривших по-русски. При этом было сразу понятно, что все четверо нерусские. Первая пара была с характерными азиатскими лицами, вторые – явно кавказцы.

Они переговаривались, обмениваясь шутливыми репликами. Четверка прошла к большому столу на веранде и весело поздоровалась с сидевшей за столом первой парой.

– Эти тоже говорят по-русски, но они явно нерусские, – заметила Джил.

– Первая пара из Казахстана или Киргизии, – предположил Дронго, внимательно посмотрев в сторону, – нет, скорее из Казахстана. Ему под пятьдесят, ей немного больше сорока. Вторая пара – из Грузии или Армении. Думаю, что из Армении. У грузин совсем другой, более характерный акцент, когда они говорят по-русски.

Ему около сорока, ей примерно столько же.

– Как ты можешь определить, откуда эти люди? – удивилась Джил. – Особенно национальность?

– Это достаточно просто. Ты всю жизнь живешь в Европе и, взглянув на человека, почти сразу определяешь его национальность – даже если не совсем точно, то достаточно приблизительно. Итальянца невозможно перепутать с англичанином, немца – с испанцем, скандинава – с греком. А вот если ты будешь смотреть на азиатов или афроамериканцев, они все будут для тебя на одно лицо.

Но это не так. Китайцы отличаются от японцев, а те – от вьетнамцев или корейцев. Достаточно присмотреться более внимательно, чтобы сразу понять эти различия. Точно так же на Кавказе. В Москве всех прибывших с юга обычно называют «кавказцами», хотя сами люди, живущие на Кавказе, почти сразу определяют, кто именно перед ними – грузины, армяне, азербайджанцы, чеченцы, лезгины, осетины… Это не так сложно, как кажется.

– Теперь буду знать, – рассмеялась Джил. – Хорошо, что ты иногда соглашаешься путешествовать со мной, чтобы объяснять подобные нюансы.

Рассевшаяся за большим столом четверка оживленно беседовала. Кавказского мужчину называли Паруйром, и Дронго понял, что был прав – это была армянская пара. Его спутницу звали Аидой, что тоже было характерно для армян, обычно дававших детям такие имена, как Гамлет, Отелло, Ромео, Джульетта.