Пепел надежды

– Какое несчастье! – почти простонал он.

– Что произошло? – Даже Синицкий был смущен. Он никогда не видел полковника в таком состоянии.

– Только что передали… В бывшей гостинице обкома убит этот самый консул. Кто-то выстрелил в него из пистолета. Три раза. Самое страшное, что ни милиционер, стоявший внизу, ни сопровождавшие консула люди ничего не слышали.

– Стреляли из пистолета с глушителем, – понял Чумбуридзе.

– Вот именно, – поднялся Мамедханов. – Министр приказал, чтобы я лично возглавил расследование.

Я должен сейчас же выехать на место.

– Мы поедем вместе, – сказал Синицкий, – это касается нас всех.

– Вы все еще думаете, что это был обычный самолет? – спросил генерала Чумбуридзе.

– Будь проклят этот самолет, – не выдержал Синицкий, – из-за него столько неприятностей!

Опять зазвонил телефон. Синицкий с отвращением посмотрел на телефонный аппарат, но все-таки поднял трубку.

– Да, – сказал он, – да, я все понимаю. Да. Конечно, это международный скандал.

Я все понимаю. Нет. Но я… Хорошо. Я все понял.

Он положил трубку. Сжал зубы так сильно, словно собирался перекусить все несчастья, свалившиеся на него в этот день.

– Наш министр, – сказал он, – позвонил из Москвы. Там уже все знают. Говорит, что это международный скандал. Консул выехал искать самолет, а его пристрелили в центре города.

– Поехали, – пошел к двери Мамедханов.

– Уже без меня, – уныло сказал генерал. – Меня только что отстранили от руководства штабом по поискам самолета.

Вместо меня назначен генерал ФСБ Потапов. Он вылетает в Махачкалу через три часа.

Глава 10

Когда раздался звонок в дверь, Митя особо не испугался. Рядом с ним были трое вооруженных людей. Все достали пистолеты. Митя обернулся и кивнул одному из своих людей, показывая на дверь. Он выразительно взглянул на своих пленников, те не издали ни звука. Один из его людей подошел к двери. Посмотрел в глазок. На площадке стоял немолодой человек лет сорока пяти – пятидесяти, невысокого роста, худощавый, спокойный, коротко постриженный.

Он был в очках, и смотревший в глазок ухмыльнулся.

– Интеллигент какой-то, – сказал он, поворачиваясь к Мите.

– Кто это? – спросил Митя у Серебрякова. Тот пожал плечами. Митя подошел к двери, посмотрел в глазок. Незнакомец стоял спокойно. Он не был похож на качков, которые охраняют авторитетов. У него не было накачанных мускулов, зверского выражения лица, скошенного подбородка.