Заговор в начале эры

Он обратился к Аттию Бальбу:

– Дай мне твой кошелек.

Удивленный сенатор протянул ему кошелек, набитый сестерциями.

– Возьми, но, во имя всеблагого Юпитера, для чего он тебе сейчас?

– Я быстро вернусь, – улыбнулся Цезарь, стремительно выходя из таблина. У портика дома по-прежнему стоял инвалид, бессмысленно взирая на пустую улицу. Цезарь быстро подошел к нему и вложил в его руку кошелек.

– За что? – удивился ветеран.

– Где ты потерял руку? – в свою очередь, спросил Цезарь.

– В Испании, – недоуменно проговорил инвалид.

– Вот за эту руку, – Цезарь улыбнулся и отошел от ветерана, заходя в дом. Тот долго смотрел ему вслед. По грубому лицу старого солдата скатилась слеза. Он ее даже не заметил, так велико было его волнение.

– Будь счастлив, благородный Юлий, – прошептал ветеран, узнавший своего квестора по испанской кампании.

Войдя снова в таблин, Цезарь улыбнулся уже широко и открыто.

– Итак, завтра нам предстоит грандиозный спектакль. Схватка между Цицероном и Катилиной.

Займем места в первых рядах и постараемся ничего не упустить. А пока пусть нам, наконец, дадут поесть и выпить. Клянусь воинственным Марсом, я умираю от голода.

Глава V

Чего не портит пагубный бег времени?

Ведь хуже дедов наши родители,

Мы хуже их, а наши будут

Дети и внуки еще порочнее.

    Квинт Гораций Флакк[51 - Квинт Гораций Флакк (65—8 гг. до н. э.) – римский поэт-философ. В молодом возрасте был другом Брута, принимал участие в боях в качестве командира легиона – легата, позднее полностью посвятил себя литературному труду.

]

    (Перевод Н. Шатерникова)

С самого раннего утра, едва солнце осветило крепостные стены города, к курии Гостилия начали собираться «отцы города». Некоторые сенаторы в силу своей тучности являлись в лектиках и, сходя при помощи рабов у лестниц курии, кряхтя, взбирались наверх. Другие, наоборот, подходили к сенату, оживленно беседуя со своими друзьями или клиентами. От внимания многочисленных праздных зевак, слонявшихся без дела у курии, не ускользнул тот факт, что клиенты многих сенаторов шли вооруженные короткими римскими мечами или облаченные в доспехи.

Галерея, и без того ограниченная из-за огромного наплыва посетителей, сегодня просто не смогла вместить всех желающих, тем более что консул разрешил являться на сегодняшнее заседание всем без ограничений.[52 - Без ограничений на заседания сената обычно допускались только старшие сыновья сенаторов.