Зеркало вампиров

– Я про тебя читал, – вспомнил Александр, – ты что, действительно вообще не воевал?

– Несколько раз под обстрелом был, – признался Капустин, – но вообще я у десантников по кухне был большим специалистом, чем по дракам. А навыки укрываться от обстрелов еще с тех пор сохранились. В Чечне, где я оператором работал, было гораздо опаснее.

– Это понятно, – снова разлил коньяк Александр Юрьевич, – а ты знаешь, зачем я тебя позвал сегодня?

Увидев отрицательный жест собеседника, он усмехнулся.

– Вздрючить тебя хотел, трепку тебе устроить, чтобы ты не задевал солидных людей.

У тебя ведь скоро передача идет про одного банкира-кавказца. И говорят, ты там такие паскудные вопросы назадавал, что этому банкиру впору из Москвы уезжать.

– Есть такое, – улыбнулся Капустин. Вторая рюмка была еще вкуснее первой.

– И действительно сильно его задел? – поинтересовался Александр.

– Сильно, – улыбнулся еще раз Капустин, – он там несколько раз подставился. Он ведь еще и с акцентом говорит, поэтому эффект будет сильный.

Вы сами увидите, передача получится интересной.

– Значит, передачи не будет, – спокойно сообщил Александр. Он поднялся, подошел к телефону, поднял трубку: – Зина, скажи, чтобы мне привезли новый костюм. И рубашку, и галстук. Пошли мой автомобиль.

Он положил трубку и вернулся к молчаливо сидевшему Капустину, все еще переваривающему сказанное.

– Почему не будет? – все-таки рискнул спросить он.

– Не будет, и все, – криво улыбнулся Александр Юрьевич.

Он все еще нервничал, понимая, чем мог окончиться для него сегодняшний день. Но теперь внешне это никак не проявлялось. – Просто я не хочу. Этого вполне достаточно, чтобы вашей передачи не было.

– Вы из-за этого меня вызывали? – нахмурился Капустин.

– Вообще-то да. Сколько ты получаешь за хорошую передачу? Пять тысяч? Десять? Я тебе хотел предложить сто. Тебе не помешают лишние сто тысяч долларов? Или помешают?

– Не помешают, – снова улыбнулся Капустин.

– На этом я собирался закончить с тобой нашу беседу.

Но ты умудрился еще и вовремя меня толкнуть, чтобы этот сукин сын в меня не попал.

Капустина поражало спокойствие, с которым он говорил теперь о неудавшемся покушении. Очевидно, Александр держал себя чудовищным усилием воли. Он был сильным человеком и предпочитал выглядеть таким во всех обстоятельствах. И хотя руки его все еще немного дрожали, он был в состоянии вести разговор и даже анализировать случившееся.