Колонки редактора в журнале «Полдень XXI век»

Короче, загнать в такой тупик, в котором ни прожить с толком, ни умереть с честью не получится.

Как и раньше у многих не получалось, и до сих пор не получается.

История отбирает у человека личный сюжет.

Регулярно сжигает фигуры вместе с доской – и вся игра.

Но литература уверяет: даже в потерянной позиции хороший ход предпочтительней плохого.

Это и есть сюжет: воля персонажа реализуется последовательностью целесообразных поступков. Целесообразных хотя бы настолько, чтобы развязка выглядела не случайной.

Ожидаемой, но неожиданной.

Вот такая проза в этом номере. Занимательная, потому что умная. Увлекательная, потому что великодушная.

Бои, приключения, превращения. Погони, выстрелы, удары. Тайны. Чудеса.

Главное из которых – что в самых невероятных обстоятельствах люди способны жалеть людей.

Но это не особенно утешает. Не дает расслабиться. Поплавать в утопии. Повести, рассказы и даже статьи этого номера проникнуты разочарованием и предчувствием близкой опасности.

Возможно, это оттого, что сюжеты идут на высоких скоростях.

Но ничего, прорвемся. Согласно законам повествовательной техники, действие происходит в прошедшем прошлом, в прошедшем настоящем, в прошедшем будущем. Позволительно надеяться – в прошедшем мимо.

Октябрь 2006

Действие происходит главным образом на Земле.

Но также в Раю. Также и в аду.

Для каждого, кто читает «Полдень» (а почти ничего другого и читать нельзя), очевидно: фантастика становится литературой о самом важном.

О реальности, которая далеко не исчерпывается бесконечной совокупностью материальных объектов.

О том, согласовано или нет поведение человека с устройством Вселенной.

В конечном счете – о том, насколько мы смертны.

Нобелевская премия по физике за 2006 год присуждена людям, доказавшим неоднородность реликтового излучения. Попросту – что прошлое не погибает, никуда не девается, только переходит на другую волну. И от космических событий, случившихся, например, 13 миллиардов лет тому назад, идет сигнал, который в принципе поддается расшифровке.

Слабый сигнал – скажем, равный излучению абсолютно черного тела при температуре чуть выше абсолютного нуля. Но внятный. Содержащий информацию про последовательность и связь этих событий.

Это почти метафора. На большой глубине – на большой высоте – в мироздании обнаруживаются такие вещи, которые странно похожи на то, что думает человек о самом себе и о своей судьбе.