Жизнь Гегеля. Книга вторая

Глава семнадцатая – Переход в ректорат Нюрнберга, конец осени 1808 года

В Южной и Юго-Западной Германии, то есть в Бадене, Вюртемберге и Баварии, царил дух реформ. В Баварии это особенно касалось образования. Возникли соперничающие схоластические и утилитарные схемы, которые задавали тон дебатам. В этом контексте друг Гегеля Нитхаммер (1766—1848) написал работу «Конфликт филантропии и гуманизма в теории образования нашего времени» (Йена, 1808). В ней он искал средний путь между Средневековьем и Просвещением.

Он также составил «Директиву» [в официальном качестве]. Есть также работы Гегеля на эту тему.

Нитхаммер был вызван в Мюнхен и проводил там занятия. [Он предложил Гегелю должность в гимназии в Нюрнберге, который был рад этому. Оказалось, что Паулюс, узнав об этом, тоже заинтересовался должностью. «Так Пегас был запряжен в плуг школы», – говорит Розенкранц. И все же, продолжает он, это было не так уж плохо. Хотя Гегель стремился к университетской должности, немецкие университеты при Наполеоне в 1808—1813 годах не имели большой свободы; к тому же Гегель уже восемь лет работал репетитором и имел практическое представление о преподавании.

Все письма Гегеля из Нюрнберга выражают удовлетворение его участью, хотя он никогда не терял из виду возможности работы в университетах.

В нюрнбергской Эгидиенгимназии Гегелю пришлось преподавать философию. При этом он еще больше усилил внимание, которое начал уделять в Йене отношениям нефилософского сознания и спекуляции. [Вмешиваясь, я задаюсь вопросом, нет ли здесь ненужного дуализма, но я думаю, что это развито в другом месте.

 – SC]

Глава восемнадцатая – Гегель как учитель

Розенкранц редактировал 17-й том «Сочинений Гегеля», включающий «Философскую пропедевтику». По мнению Розенкранца, опыт обучения в Эгидиенгимназии повысил ясность его изложения.

Гегель был неутомим как учитель. До 1812 года он тщательно переписывал свои курсы каждый семестр и адаптировал их к возрасту учеников. Он преподавал философию и религию, хотя в отсутствие других учителей мог обратиться к греческому языку и даже к математике (исчисление).

На основных уроках он диктовал параграфы, а затем объяснял их. Он использовал табак. Ученики должны были делать честные копии, а на следующем уроке им предлагалось устно подвести итог последнего урока. Они могли задавать вопросы в классе. Он обращался к ученикам формально (месье, предположительно герр), чтобы привить им ответственность. В целом школа была успешной.