Жизнь Гегеля. Книга вторая

С 1811 года и особенно после отступления из Москвы усилилась реакция против французского гнета. Будучи ректором, Гегель внешне оставался отстраненным и беспристрастным. Однако Розенкранц замечает, что: «В городе, и прежде всего среди преподавательского состава, он выдавал себя за франкофила». (403) Однако он не поощрял немецкую группу чтения среди учеников, рекомендуя вместо этого Гомера. Группа продолжала работать подпольно. [Вмешаюсь, но, по впечатлению Розенкранца, Гегель был скорее устойчивым влиянием, чем агитатором].

Он настаивал на соблюдении религиозных обрядов как католическими, так и протестантскими учениками.

Гегель одевался в серый костюм и шляпу, прилично, но без вычурности. По вечерам он читал газеты в Нюрнбергском музее (в котором был читальный зал). [Читальные залы в это время стали социальным институтом в Европе. – С.К.] Он посещал Паулюса (редактора Спинозы) и Зеебека. Он проявлял интерес к исследованиям последнего в области теории цветов Гете.

Он был экзаменатором преподавателей философии, для чего задавал вопросы по истории философии.

Пять бесед Гегеля о преподавании, произнесенных в дни школьных премий, содержатся в Werke 16 (есть также французское издание под редакцией Б. Буржуа, но я не помню, чтобы я слышал о нем на английском). В них он рассматривает школу как нечто среднее между семьей и общественной жизнью. Розенкранц полемизирует с теми, кто отрицает наличие этического содержания у Гегеля, утверждая, что здесь, как и в «Философии права», много этического.

Гегель утверждал, что изучение древних дает ощущение целостности, которому не способствует современная жизнь с ее отдельными ремеслами и профессиями. [Эта мысль больше ассоциируется с Адамом Смитом в Великобритании, но, похоже, отражает озабоченность эпохи]. Аналогичные разговоры ведутся и в связи с выходом на пенсию Шенка, его предшественника. Отдельный ученик, говорит Гегель, одушевлен окружающей его жизнью: семьей, школой, страной, церковью. Розенкранц ссылается на дефектное издание этих бесед в 1835 году и на газетную критику, в которой были указаны эти дефекты.

Глава девятнадцатая – Философская пропедевтика с 1808 по 1812 год

Баварские стандарты для преподавателей философии содержались в директиве, которую воспроизводит Розенкранц. Преподавание должно было вести к спекулятивной точке зрения и заканчиваться идеями на уровне поступления в университет.