Шрам

Моя одноместная комната в общежитие осталась позади, а я одиноко пошагал по улочкам нашего больничного городка. Вдруг вдалеке, среди темноты я увидел оранжевый огонёк. По запаху я понял, что это кончик крепкой сигары. Я подошёл поближе и увидел не отличавшегося красотой профессора Шнитка.

– Здравствуйте, профессор, – я вяло поприветствовал своего начальника, пытаясь разогнать оставшиеся от кошмара мысли.

– Привет, Оливер. Чего не спишь в столь поздний час?

– Да, там. Кошмар приснился, – ответил я, замечая, как слова неторопливо выходили из меня.

– Тебя впечатлила сегодняшняя операция? Когда привезли одинокого мужчину, у которого сгнило половина кожного покрова на спине, – предположил профессор и начал вслух рассуждать: – Да, такое бывает, когда запускаешь сахарный диабет и не следишь за гигиеной. А знаешь, как он обнаружил, что потерял кожу на спине? Ему коллеги сказали, что он в последнее время как-то странно пахнет, – ухмыляясь, медленно рассказывал доктор Шнитка.

– Нет. Этот случай меня не сильно впечатлил. У нас с Вами были и похлеще ситуации.

– А что тогда? – без особого интереса профессор решил уточнить причину моего вертикального положения этой глубокой ночью, при этом продолжая спокойно потягивать свою сигару.

– Каролина…

– Влюбился? – Шнитка, как всегда, подразнил меня.

– Нет. Её шрам. Он ей совсем не к лицу. Она такое милое создание, а этот кожный нарост… Словно под ним зашили её сущность. И она теперь не может выбраться.

Заперта внутри этой вечной отметины, – я излил душу своему начальнику.

– Думаешь, я не размышлял об этом?

– Наоборот, я уверен, что Вы вдоль и поперёк обдумывали вопрос хирургического вмешательства в её личную жизнь.

– Вот именно. Ты точно подметил: “В её личную жизнь”. Может быть, я бы и смог ей помочь… Хотя о пластической хирургии я читал только в книжках Древней Индии, – после этих слов профессор о чём-то ненадолго задумался и продолжил: – Судя по её мимики и скошенному ротику, шрам достался ей в раннем детстве, также как тебе уши.

Она не знает жизни без него. Шрам стал одним из воспитателей её характера. Убрав рубцовую ткань, ты уберёшь часть сущности нежной девушки.

– А если она согласится. Вы смогли бы ей помочь? – с надеждой спросил я.

– Чтобы она согласилась на вмешательство, тебе надо сказать ей об этом. А ты не сможешь. Я видел, ты даже взглянуть на её рубец стесняешься.