Жизнь по контракту

И пытливые:

– А ты, ты как стал этим… как его…

– Растлителем?

– Точно. Растлителем малолетних.

Герман честно рассказал, что никакой он не растлитель – просто злостный неплательщик взноса ЧГО.

– Взнос ЧГО?! – в ужасе переглянулись и чуть было не отпрянули девушки.

– Взнос ЧГО, – спокойно подтвердил Герман и снова покрепче прижал их. – Помогите мне девчонки. Мне бы документы какие-то заиметь. И денег немного на первое время. Я потом верну. Знаете, я ведь работящий, очень работящий.

Я умею зарабатывать. Я в такой фирме крутой работал. Начальником. Большим начальником. Я верну. Честное слово. Будут документы, я сразу на работу устроюсь, на хорошую, и деньги сразу же верну, в ресторан вас поведу…

Линда гладила его по волосам:

– Да мы верим, верим, растлитель ты эдакий… Только с деньгами у нас не очень. Работы-то нет. Хорошо еще, что у нас травка своя. А вот вермута была последняя бутылка, так мы же на тебя не пожалели.

Тильда размашисто кивнула:

– Не пожалели.

И Герман подтвердил:

– Не пожалели, – поцеловал обеих по очереди. – А документы? Документы можете?

– А документы… – задумалась Линда, – а документы сделаем.

Тильда снова размашисто кивнула:

– Сделаем.

Герман обрадовался:

– Правда?

Линда провела пальцем по его губам:

– Правда. Есть у нас один человечек в АИК. Он для нас сделает все, что угодно.

– Все, что угодно, – повторила Тильда и, опережая Линду, поцеловала Германа в губы.

Он тут же крепко прижал их обеих. Девушки были не против. Смешались груди, руки, ноги…

Засыпал Герман с блаженной улыбкой на губах. В обнимку с прильнувшими к нему Линдой и Тильдой. Завтра, завтра же он начнет новую жизнь. Прощай, стройка! Прощай, АИК! Прощай, «ЛокИнформ»! А это кто? Прощай, Элика!

– Я – Линда…

Он не обратил внимание на это возражение. Герман уже снова гулял по радуге. По твердой и упругой.

И махал вниз на землю:

– Прощай, Элика!

– Я – Тильда… – слышалось в ответ.

Герман всматривался в теснившуюся внизу цветную толпу зевак – тропических аборигенов, классических индейцев и бутиковых сослуживцев. Всматривался и находил знакомое лицо:

– Элика! Прощай, Элика!

– Инспектор Юрико весь в внимании, – отвечала она опять же чужим голосом.

– Элика! Прощай, Элика! – он видел, явно видел. И шептал во сне. Снова и снова.