Фокусник и его антипод

Все в округе завидовали, ведь у нас такое не готовили, — в глазах мелькают блики и Фейма вновь выкинуло к воспоминаниям. Холодный пот проступил на лбу, а взгляд устремился далеко за пределы ночной темноты. – люди стояли и смотрели в окна, боялись выйти из своего дома. Был пожар. Нет, стреляли. Или что-то ещё. Мы соревновались в меткости, победитель получал памятные вещички. Я отдал красивый камень отца…

Писатель урывками смотрел представления и свои воспоминания, смешанные с бредом. Сюжет, из потока мыслей и действий на сцене, никак не могли приобрести чёткую картинку.

Ближе к концу представления он решил покинуть театр.

Феймор не помнит, как добрался до своей комнаты, и кто дал ему подкурить на улице. Также как и историю, откуда у него появилась сигарета – ранее он не курил. Пройдя в верхней одежде, писатель расположился, по обыкновению своему, в кресле. Пока одна рука помогала ему подносить сигарету, вторая уже писала новые истории для снов.

Этот день будет незабываемым для всех, кто сегодня будет спать.

Он взял за основу воспоминания. Именно их, самые сокровенные. Хорошие и гнилые – пусть переживают раз за разом, как он это пережил два дня подряд.

Сегодня он начал курить и не закончит, пока не уйдёт с этой работы.

Его задача – выбить из людей эмоции. Сделать это для всех, кто может уснуть и почувствовать. Он немного взбодрился, вновь ощутив значимость того, что он делает. Отчасти власть, которая его, несомненно, привлекала. Завтра он начнёт писать свои идеи по улучшению с технологической стороны, через неделю будет большой упор на музыку, через месяц будет всплеск страшных снов.

Феймор захотел систематизировать свой труд, довести его до удобного варианта расписания и следовать плану. Тогда будет комфорт, будут идеи…

– И камин в дальнем углу комнаты, – кивнув, сказал он вслух. Чтобы зафиксировать момент. Так он кажется настоящим.

***

– Я бессилен и не умею справляться со своей жизнью. Я слаб и хочу, чтобы меня считали полнейшим идиотом.

Чтобы снять с себя всю ответственность. Чтобы было легче. А легче уже не будет, – вздохнув, произнёс незнакомец.

Разговор завязался неожиданно для Фейма. Он не успел войти в бар, как ему предложили поговорить. Последние полтора часа они сидят с местным бездельником и поднимают темы, на которые писатель не умеет поддерживать разговор.

– Я просто гадко поступал в жизни. Двойные стандарты, отталкивание и неконтролируемые чувства, – продолжил паренёк.