Манифестации чистого присутствия

В случаях явления Бога библейским патриархам это проявлялось в том, что они не опознавались в тождественности событийного единства; слышимые слова откровения Бога воспринимались как внутренний разговор с двойником, а ожидаемый видимый образ представлялся как собственный инвертированный двойник. Как собственное отражение. И в профанном мире так оно и есть. Но в профанном мире отсутствует потенциал метафизических и религиозных реалий, которые могли бы позволить человеку предугадать главенство действия принципов сакрального.

И это касалось не только человека с профанной духовно-душевной фактурой, но и одухотворённого праведника. И потому проникновение сознания в реалии мира священного требовало активного инициирующего посредничества агента из мира сакрального.

В этом есть общность между сообщением Эдипу оракулом о роковой неизбежности совершения им фатального действия и библейскими откровениями патриархам Израиля. Важно и то, что в обоих случаях ставился вопрос и о том, что есть человек. В трагедии Софокла разрешается этот вопрос в ответе Эдипа на загадку таинственного существа – Сфинкса.

Если загадку Сфинкса интерпретировать как часть логики, то она необратима. То есть — наоборот неверно. Тот, кто утром ходил на четырёх ногах, — не обязательно есть человек. Это человек ходит так. Но не наоборот. Но роль всякой загадки состоит в том, что она обращает сравнение и отождествляет сравниваемое в условии и его отгадке. И отгадавший её принимает тем самым версию, что это так. Причём инициирующая этот потенциал предпосылка находится в самой фактуре всякой загадки.

Это всегда параллельно сопровождающая логику гносеологическая альтернатива.

И это значит, что загадка есть предложение осознанного выбора. А разгадывающий её стоит перед выбором из многих возможных альтернативных вариантов. Он должен сделать правильный выбор. Но одного правильного выбора нет.

Таким способом передвигающееся существо и есть человек «по правильному определению». Сказав, что это человек, Эдип сделал постфактум выбор правильный.

Можно утверждать, что в явлении Сфинкса Эдипу была предложена богами персонификация принципа человеческой сущности. И Эдипу предлагалось осмыслить это фантастическое чудовищное существо как представление о границах человеческой персонификации.

Мир Авраама и его народа сохранял на себе печать присутствия образа сакральности, который устанавливал единство в отождествлении поколений в магическом времени. Так, сын являл собою образ своего отца.