Вот был слуЧАЙ. Сборник рассказов

А если еще и по – батюшке пошлет, то ведущие от радости пищат, и гонорар сразу увеличивают. Все довольные, сытые, при белых зубах и улыбках. А чего им не радоваться? Больше нагадишь, больше получишь.

– Это точно, – соглашается Петрович, – при Сталине, не одна падла бы, не вякнула.

Громко хлопает входная дверь.

– Дайте дорогу жертве перестройки, – раздается в помещение почты.

Вся очередь поворачивается на голос. У двери стоит рыжеволосый, заросший густой щетиной мужик, в одежде, явно, не по сезону. В бывшей, когда-то белой майке, поверх которой, болтается, завязанный большим узлом цветной, с уже не понятными узорами галстук.

Майка заправлена в спортивные с тремя тонкими полосками лампас штаны, которые волной спадают на комнатные тапки, пряча голые, без носков ноги.

– Привет гвоздь, – присмотревшись, узнал мужика Петрович, – мы подумали, что ты уже загнулся.

Повнимательней присмотревшись, и я узнал Василия Гвоздева, человека известного в нашем районе, своим отношением к труду и отдыху, но получающего пенсию в другой день.

– А чего это ты в таком виде шлындаешь? – спрашивает его, Семеновна, – не холодно?

– А я может йог, – ухмыляется Василий.

– Куек ты, а не йог, – улыбается Семеновна, – чего не в свой день?

– Я, господа пенсионеры, – почесал тот через майку грудь, – намедни конкурс выиграл. Я теперь являюсь помощником депутата. Из-за этого свой день выплаты и пропустил. Так что, согласно мандату, прошу пропустить вперед.

– А рожа от мандата не треснет? – спросил Петрович, – льготник нашелся.

– Как это ты Гвоздяра, ухитрился в помощники попасть? – интересуюсь я.

– Собрали ветеранов, по поводу годовщины Куликовской битвы. Понятно, что меня, как ветерана жертв перестройки, в первую очередь пригласили. А там депутат Госдумы.

6

Выборы же на носу, вот они при народе и трутся, потом-то хрен увидишь. Жаловался на свою жизнь: бессонница мол, замучила, ночами не сплю, все о народе думаю. А после речи своей жалобной, спрашивает у нас,

– А что, правду говорят, что нельзя прожить на прожиточный минимум? Мы ему отвечаем, – это смотря кому.

А давайте говорит, попробуем? Спрашиваем его, – А сколько этот, прожиточный минимум? Восемь с копейками, отвечает. Тут трое, сразу согласились, и я, конечно.

– А кто бы сомневался? Как в бочке, без пробки? – оценила его поступок «Справедливица»

– Ты, Гвоздь, на политических, не обращай внимания, – попросил Петрович, – давай ври дальше.

– Ага, соври, как я.