Втора. Иллюзия жизни. Том 2

Только за последние два года тут всё так поменялось. Больше всех, информации принесли девчонки, они умудрились отксерить статьи экологов и просто активистов этого посёлка, которые безуспешно вели войну против бизнеса, возглавляемого депутатами народного совета Подмосковья. У Игоря тоже была информация, он рассказал про то, о чём не писали в газетах, про то, как спасала дуб, от уничтожения, православная община. Батюшка, своим прихожанам говорил, что дуб особенный, дважды защитил Москву от нашествия басурманов.

Игорь на телефон записал показания свидетелей, особо отметив то, что батюшку и трёх прихожан, стоявших в пикете ночью, нашли убитыми, далеко от посёлка, в соседней области. Покойного батюшку словесно облили грязью, и дело замяли, не без помощи всё тех же депутатов. На следующий день, девчонки, вместе с Игорем, опять прошлись по школам, музеям, кружкам, дали объявление в газету, с целью, найти жёлуди именно этого дуба. А мы с Юрой, занялись топографией, благо старые привязки остались, остался даже дом бабушки, который сиротливо смотрелся среди высоко заборного элитного жилья. И чертополох, в палисаднике, никто не тронул, он разросся и как истинный защитник, преграждал путь любопытным. Юра рисовал карту, как заправский стайер, бегая по местности. Я же решил пробраться в дом, тем более, что двери были открытые. На удивление, в доме было чисто, я увидел аккуратную спальню, с заправленной постелью. Вдруг меня потревожил звук, похожий на звон стекла. В кухне, за бутылкой водки, сидело два бомжа. Вернее, нет, бомж был один, а второй мутант. У мутанта было три головы. Они резко отреагировали на моё появление, налили целый стакан. Я попытался было отказаться, мол на работе, но рот открылся сам, и рука с мёртво зажатым стаканом, потянулась и опрокинулась. Я не знаю, как появился во рту солёный огурец…помню, что бомжей звали, Гога и Водя…потом Вадя сел на Гошу, и они полетели…Юра меня пол дня искал, а когда я ему рассказал про классных пацанов, он покрутил пальцем у виска, а я ему доказывал, что у Гиви было три головы, и он пол литру выпивал, за один присест, тремя стаканами. А когда улетали, то Гриша держал в зубах, средней головой памперсы. Юра слушал мой пьяный бред, и в сердцах, не выдержав, сказал, что правильное имя, для меня придумали родители.