Театральный сезон

Смотрю, идут ко мне родители его, но лица у них как будто другие – светлые, улыбчивые, даже помолодели лет на пять. Подходят и говорят, что Мишенька решил походить в студию. Говорят, и сами не верят, и я стою и тоже не верю. А тот самый мальчик из злобного волчонка действительного превратился в прекрасного Мишеньку всего за одно занятие. Теперь в студию бежит, как мама рассказывает, дождаться выходных не может, книжки стал читать, что уж совсем удивительно для родителей. У вас случай, конечно, совсем другой, но я надеюсь, что и Васеньке у нас понравится со временем.

Мама Васеньки закатила кверху глаза, цокнула языком, поправила на сыне шапку, надетую задом наперед и, пообещав привезти его в следующее воскресенье, направилась к выходу.

Прошла неделя, Вася студию не вспоминал, полностью погрузившись в занятия музыкой. Но в воскресенье с утра сев, как обычно за фортепиано, он был неприятно удивлен, что времени поиграть у него всего час, так как надо ехать в театральную студию.

– Ма, прошу тебя, умоляю, давай туда больше не поедем, – не переставая играть этюд, попросил он.

– Никаких не поедем, Василий! Помнишь, что сказала Арина Владимировна, надо походить! Тем более я уже за абонемент заплатила, а он на месяц. Месяц позанимаешься, а там посмотрим.

– У меня конкурс скоро, мне готовится надо, заниматься…а там я только время теряю. Ты бы видела, какой они там дурью маются…

– Прекрасно, замечательно! Вот я и хочу, чтобы и ты помаялся этой дурью! – улыбаясь сказала мама, три часа в неделю можно себе позволить! Нет, это необходимо тебе делать! Ты не гуляешь, не сидишь ни в компе, ни в телефоне, ты не тратишь время на соцсети, а только занимаешься и занимаешься.

Вася запнулся, и перестал играть.

– Мама, что ты говоришь? С музыки невозможно переключиться. И потом я тебе не радио, чтобы во мне что-то переключать. Мне ко вторнику надо выучить этот этюд Шопена.

Он положил руки на клавиши фортепиано и начал опять играть, замедляя темп в трудных местах и проигрывая их по нескольку раз.

Мама присела рядом на стул и молча наблюдала, как Васины пальцы с молниеносной скоростью бегают то по белым, то по черным клавишам. Взгляд ее за пальцами не поспевал. Поэтому она стала смотреть в окно и просто слушать. Музыка внезапно смолкла. Она повернулась и посмотрела на сына. Тот тряс кистями рук.