Сестра

Я приготовился отчитать её сразу на вокзале, после встречи, но она вцепилась в меня с разбегу и так отчаянно заревела, что я забыл. Позже, уже в машине, она невнятно пыталась объяснять. Последнее время сестра редко общалась с отцом. Когда не смогла до него дозвониться – раз, другой, третий – вспомнила, что когда-то ей приходило смс от женщины, с которой он проживал. Зоя перетрясла все переписки и нашла это смс, и номер. Был поздний вечер. Набрала. Сказали, что отца нет уже месяц, остановилось сердце.

На вопрос, почему ей не сообщили, женщина ответила, что могила на местном кладбище, в конце справа.

Подъезжая к кладбищу, я одной рукой вел машину по грязи, второй грел Зоины ладони. Вдруг она сжала мне руку так, будто хотела выдавить кости, и со вздохом, резко закинула голову назад. Я испугался, машина дёрнулась. Стал теребить сестру, пытаясь сообразить, как оказать первую помощь при обмороке или бог знает чём. Она повернулась и посмотрела так, что я сам едва не заплакал.

Но было нельзя.

На обратном пути мы тихо разговаривали. Увидев смерть, так сильно хотелось вспоминать о жизни! Детство, домашние будни и вылазки из них, привычки, события… Но в каждом слове, в каждой мысли у Зои был отец.

– Знаешь, мне не хватило любви и тепла, хоть я и старалась доказать себе обратное, сравнить с другими детьми и цыкнуть самой себе – вот видишь, разницы нет!.. Он жил далеко и общались мы редко. Я даже не знаю, чувствовал ли он что-нибудь, когда думал обо мне.

И думал ли. Но он существовал – и мне было спокойно. А сейчас – как будто я оказалась без земли под ногами, и мне не за что ухватиться, не за что удержаться, чтобы не одуреть от этой боли…

Я довёз сестру до дома. На следующее утро она уехала.

Зоя больше не появлялась. О её жизни я вполне подробно узнавал из телефонных разговоров, часть из которых (самую малую и положительную) был вынужден передавать матери, ибо с ней Зоя созванивалась только по утрам после праздников.

Их телефонные разговоры всегда можно было узнать издалека. Они отличались от всех остальных. Начинались сухим приветственным бульканьем сквозь зубы, далее – душевные пожелания здоровья и счастья, потом – сентиментальные слёзы, после чего – «что ты за человек», «как так можно жить», «эгоистка!»… На другом конце провода тем временем так же, не церемонясь, подбирали интонации и фразы. Ну а затем – кем-то из двоих брошенная трубка.