Калинов мост. По краю пропасти

– Эх, Иван! Кто тебя интересует? Перун? Последнее время ничего про него не слышал, Ирий почти не покидает, всё время вместе с женой. Да и как ему отлучаться, при таких событиях? Ирий должен кто-то защищать, вот он и старается.

– А Волх, что же? Он же Ирий охраняет или один не справляется?

– Огненный Волх на Буян остров отправился. Темницу укрепляет, в которой его отец заточён. Опасается, как бы Кощей Чернобогович племянника своего, Огненного Змея[24 - Огненный Змей – основной наследник Горына Змеевича (Чернобоговича).

Огненный Змей был одним из правителей подземелий верхнего царства Нави. Побеждён своим сыном богом бесстрашия и смелости Огненным Волхом и заперт в медной темнице на острове Буяне.], из темницы мрачной не освободил.

– Ну, да к Моране, Яге и Кощею ещё Змея Горыныча только и не хватает, – пробормотал я себе под нос.

– Ты, Иван, Ягу Виевну к этой компании не приплетай. Я надеюсь её из этой заварушки вытащить.

– Да разве я против? Буду только рад, но ведь сама она по доброй воле… не ты ли говорил?

– Ничего, поглядим ещё.

– Ладно, а Дажьбог что? Неужели Кощея без присмотра оставил?

– Да ты ведь не знаешь ничего, – поскучнел кот, сверкнул жёлтыми глазами в наступающих сумерках. – Дажьбог теперь Моране Свароговне муж, дворец её почти не покидает.

– Как так?! – вскрикнув я вскочил с лавки. Оглянулся – со спортивной площадки уже все разошлись, и моих воплей никто не слышал. Но я всё-таки заставил себя успокоиться и сесть на лавку рядом с котом.

 – А я-то не поверил, думал вымысел, быть такого не может, а выходит правда.

– Так ты заешь уже? – глаза кота расширились. – Ну, Иван-царевич, прими моё подлинное восхищение. Здесь в Яви, в ваше шальное время, когда и в богов-то никто не верит?! Потрясающе! Даже не буду спрашивать, откуда узнал, понимаю – секрет.

– Да, знаю, – кивнул я, – только верить никак не хотел. Думал, сможет мудрый Дажьбог подлое колдовство Мораны преодолеть.

– Так она его, стало быть… – пробормотал кот. – Что-то подобное я и подозревал. Не устояла мудрость против коварства.

– Надо Дажьбога спасать!

– Это ты, Иван, без меня, пожалуй. Мне в дела светлых богов соваться не резон, да ещё помогать светлому против Мораны. Раньше Яга меня бы защитила, а теперь уж и не уверен.

– А в дела тёмных богов?

– Так я в эти дела давно замешан, сколько себя помню.