Бывшие

– Простите, – севшим голосом обращаюсь к нему и все же делаю шаг в сторону, разрывая эти странные объятия.

– Ничего страшного, – усмешка отображается на его тонких губах. – Трэвис, когда ты говорил, что у тебя есть крошка – дочь, то я представлял себе маленькое чудо, но никак не невесту.

– Ну, она навсегда такой будет в моих глазах, так что я не лгал, – смеется папа и распахивает свои объятия, куда я тут же стремлюсь попасть. И там же надеюсь укрыться от пробирающего до мурашек взгляда синих глаз напротив.

– Очень приятно, – он ограничивается лишь кивком головы и прячет руки в карманы. – Кристи.

– Кристина, – автоматически поправляю его. Не люблю, когда сокращенным именем пользуются незнакомые люди. Оно только для папы и близких друзей из кампуса. И точка.

– Как скажешь. – Вновь легкая и едва заметная улыбка скользит на его губах, когда он оборачивается к моей матери. – Я бы не отказался от раннее предложенного чая, Лили.

А я бы не отказалась от того, чтобы он поскорее покинул дом. Потому что чувствую себя неловко в его присутствии и это мне катастрофически не нравилось. Да и мое первое впечатление о человеке редко когда было ошибочным. Я всем нутром чувствовала, что за этой холеностью и манерностью скрывается что-то иное. Что-то дикое. Что-то подавляющее.

Глава 3 «Сейчас»

Глава написана под трек «Свет простых фонарей»

Гузель Хасанова (https://vk.com/artist/3030688205557562039)

– Как ты думаешь, это можно считать некой линией или точкой отсчета, после которой твоя жизнь изменилась? – Голос Джона мягко врывается в воспоминания.

– Определенно,– киваю головой, соглашаясь с ним, – в тот момент в моей голове прозвенел едва уловимый первый звоночек.

– И ты, конечно же, ослушалась? Почему?

– Наверно, от большого ума и такого же самомнения. Знаешь, в двадцать всегда кажется, что ты умнее и взрослее, чем есть на самом деле. – Встаю с кресла, чтобы размять затекшие ноги.

Ненавижу долго находиться в одном положении. Ведь, как известно, движение – жизнь. Прохаживаюсь по уже давным-давно заученному маршруту: кресло-стол – стены с грамотами – окно. И лишь на мгновение притормаживаю у зеркала, которое нелепо втиснуто между рамками, с сертификатами и прочей лабудой, подтверждающей, что Джон все же первоклассный спец. Оттуда на меня смотрит миловидная девушка, к внешности которой я до сих пор привыкаю.