Верблюд. Повесть

Спустя несколько минут он вдруг неожиданно воскликнул, всматриваясь вперед: «А вот и безумная баба!», затем резко затормозил, рывком открыл дверцу машины и закричал:

– Куда прешь, дура! Жить надоело?

Его крик утонул в барабанной дроби дождя по асфальту. Теперь уже и другие милиционеры заметили женский силуэт, отделившийся от беспросветной водной тьмы.

В отличие от мадам из французского детектива, прочитанного вчера Иваненко, женщина под колеса не бросалась, а медленно шла посередине трассы, навстречу пролетающим мимо машинам, таща за собой огромный матерчатый чемодан на колесиках.

Женщина была без зонта. Длинные темные волосы и легкий сарафанчик промокли насквозь и некрасиво липли к телу, подчеркивая явно не юношескую худобу его хозяйки и выдавая возраст «за тридцать». Но женщине было все равно. По ее лицу стекали слезы, перемешиваясь со струйками дождя и оставляя черные дорожки на щеках от некачественной косметики. Она дрожала: то ли от холода, то ли от страха.

Водитель выбежал из автомобиля, схватил женщину за руку, подхватил ее чемодан, и чуть ли не силой подтащил к обочине, туда, где остановил УАЗик.

Увидев работников милиции, незнакомка вдруг заголосила, поднеся ладони к лицу:

– У-би-ли-и! У-би-ли-и! Деньги отняли и у-би-ли-и!

Крик был настолько пронзителен, что сидевшие в машине люди вздрогнули. Лейтенанту очень не хотелось выходить в дождь, но он, злобно сверкнув глазами в сторону Иваненко, сделал над собой усилие:

– Гражданочка, успокойтесь, кого убили?

– Мужа моего убили! – еще громче крикнула женщина, вцепившись в руку водителя.

– Иваненко, провидец хренов, свяжись по радиотелефону с отделом, доложи дежурному, что тут гражданка заявляет об убийстве. Пусть они опергруппу пришлют.

– А я чё? Я что ли его убил? Обзывается еще, – нехотя откликнулся милиционер из машины.

– Какой адрес? – обратился лейтенант уже к женщине, но та только лязгала зубами и бормотала:

– Убили, убили.

Наконец до нее дошло, о чем спрашивают, она вздохнула и произнесла:

– Хутор Ковыли, улица Пионерская, дом два.

– Оперативная группа на выезде по другому преступлению, – снова подал голос Иваненко, – велели самим разбираться, пока они не подъедут.

«Правильно, когда закончится дождь», – подумал лейтенант, но вслух сказал:

– Объясни, что у нас дежурство заканчивается. Это – во-первых.