Солнечный круг

Тут вмешалась девчонка, она со всего размаху огрела хулигана пакетом по голове и, оттолкнув его, подошла к Виталику.

– Пошли, тебе надо умыться. А про тебя я всё расскажу, – обернулась она к мальчишке, потиравшему затылок и продолжавшему ухмыляться. Девчонка же, взяв Виталика за руку, потянула за собой, а он был в таком состоянии, что даже и не подумал упираться.

Пройдя дворами, девчонка привела его к колонке, нажала на рычаг, и Виталик смог умыться, смыть кровь с лица и рук. Кровь из носа тут же пошла снова, и он сунул лицо прямо под струю прохладной воды.

Стало не так больно, но через минуту боль вернулась, хотя кровь остановилась. Он осторожно потрогал нос, тот распух, и было трудно дышать.

– Это скоро пройдёт, а вот синяк будет большой.

Виталик недовольно посмотрел на девчонку, всё ведь из-за неё. Чего ей ещё надо?

– Меня зовут Юля, – она с ожиданием смотрела на мальчика.

– Виталик, – буркнул Виталик, не глядя на неё, – я пойду.

– Я тебя провожу.

– Вот ещё! – он отшатнулся. – Я что, сам не дойду?

– Ну, как хочешь! – взгляд её серых глаз стал холодным, стальным. – До встречи. – Она развернулась и не оглядываясь пошла прочь.

– До встречи, – растерявшись в который раз за сегодняшний день, пробормотал Виталик.

Он осторожно потрогал разбитый опухший нос, глядя вслед уходящей Юле, отвернулся, злясь на самого себя, и отправился прямиком домой. Дома он прежде всего поспешил к зеркалу.

«Да уж, вид ужасный. Нос опух, глаз заплывает – синяк будет». Обычно внешний вид Виталика не интересовал, но через два дня в школу, знакомиться с новым классом, с учителями… После такого знакомства трудно быть тихим и незаметным. Нос, конечно, заживёт, а вот синяк не спрятать.

Теперь сожалеть было поздно, впрочем, он и не сожалел, скорее, был недоволен своими поступками. В конце концов, если дело дошло до драки, можно было хоть попытаться врезать этому Спире, а не стоять, как овца, и смотреть на эту ухмыляющуюся рожу.

Хорошо хоть не заплакал. Виталик вспомнил всё и чуть не заплакал, на этот раз от обиды и жалости к себе. Но тут же одёрнул себя: «Прекрати, ты это уже проходил, это ничем не поможет», – и пошёл чистить картошку на ужин.

Глава 5

Когда отец пришёл вечером с работы, картошка уже сварилась, а сосиски лежали в небольшом ковшике, стоявшем на плите, наполненном бурно кипящей водой.