Историческая проза

– Этот Меньшиков! Вцепился в Петра, как кошка, не даёт занять место видным боярам! – возмущались родовитые дворяне и бояре, но Петру было всё равно.

Потом был бал, но Пётр сидел понурый.

– Супруг, вы не хотите пригласить на тур вальса свою жену? – намекнула Екатерина Петру, но новоиспечённый император ответил:

– Нет, не хочу. Настроения нет…

– Вы будете скорбеть по этому наглому предателю Алексею?

Тут ноздри Пера раздулись, лицо раскраснелось, перекосилось так, что все присутствующие ужаснулись, Пётр крикнул на жену:

– Ты ничего не понимаешь и не смеешь судить о моём горе: я сына потерял!!!

Екатерина села в испуге, но Алексаша успокоил Петра, обняв и шепнув:

– My older brave, успокойся, мы будем всегда помнить Алексеюшку, а другим об этом знать не надо…

Тут подали «кубок фавора» , Петр, молча, указал на Алексашу.

Друзья выпили из кубка, и Алексаша почувствовал себя неважно: ноги стали подкашиваться, голова закружилась.

– Давай сбежим с бала! – предложил Алексаше Пётр.

– Хорошо, я скажу своей жене, чтобы она лично привела наших коней. А куда поедем? – озадачился Алексаша.

– Поминать Алексея… – ответил Пётр.

Скоро Алексаша и Пётр были в поле рядом с камнем, на котором была надпись: «Алексей Петрович Романов».

Выпив по стопке, названные братья помолились, Алексаша даже прослезился на крепком плече Петра. Справив такие скромные поминки, Пётр и Алексаша сели на коней и уехали далеко в поле, где спешились и легли на траву.

– Вот скажи мне, Алексаша, – грызя соломинку, начал слегка опьяневший Пётр, – мы названные братья 45 лет без нескольких месяцев, ты видел меня в богатырской силе, славе, ты видел, что я каждый свой день стараюсь провести с пользой для России.

– Знаешь, – задумался Алексаша – это очень спорный вопрос. Скорее нет, чем да, я бы ответил. А теперь ты так же по-братски честно ответь: ты когда-нибудь сомневался в моей верности?

Но Пётр не ответил на вопрос Алексаши: новоявленный император уснул.

А на следующий день Пётр, Алексаша и Екатерина отправились открывать мореходное училище в Санкт-Петербурге. Пётр сам экзаменовал поступающих, и, наконец, перед ним предстали самые лучшие.

– Как зовут вас, молодец? – пожимая новичку руку, спросил Пётр.

– Челюскин… – сказал молодец и застыл в оцепенении.