Практикум по домашнему чтению. Испанский язык

Проворен был он в тот миг, когда шпаги вылетали из ножен, искусен в обращении с узким длинным кинжалом, именуемым еще бискайцем, к помощи которого так охотно прибегают профессиональные головорезы. Una de cal y otra de vizca?na, sol?a decirse. Противник, чинно став в позицию, намеревается парировать и наносить удары по всем правилам фехтовальной изысканности, и тут вдруг откуда-то снизу по самую рукоять въезжает ему прямо в брюхо кинжал, стремительный, как молния, и не менее смертоносный. S?. Ya he dicho a vuestras mercedes que eran a?os duros.

Итак, капитан Алатристе хлеб свой насущный добывал шпагой. Hasta donde yo alcanzo, lo de capitаn era mаs un apodo que un grado efectivo. Пристало же оно к нему издавна, с тех пор как он служил в королевской пехоте и однажды ночью вместе с двадцатью девятью товарищами под началом настоящего капитана должен был переплыть полузамерзшую речку и, со шпагой в зубах, раздевшись до исподнего, чтоб не выделяться на снегу – господи, чего только не сделаешь во славу Испании! – незаметно подобраться к аванпостам противника и напасть на голландцев врасплох. Que era el enemigo de entonces porque pretend?an proclamarse independientes, y si te he visto no me acuerdo. Вышло в конечном счете так, как они хотели, хоть и доставалось им от нас крепко. Volviendo al capitаn, la idea era sostenerse all?, en la orilla de un r?o, o un dique, o lo que diablos fuera, hasta que al alba las tropas del Rey nuestro se?or lanzasen un ataque para reunirse con ellos. Короче, передовое охранение, как полагается, перекололи, не дав даже «мама» сказать. Estaban durmiendo como marmotas, y en еsas salieron del agua los nuestros con ganas de calentarse y se quitaron el fr?o enviando herejes al infierno, o a donde vayan los malditos luteranos. Все было хорошо, одно плохо: пришел рассвет, настало утро, а на выручку к нашим храбрецам никто не подоспел, главные силы испанского войска так и не ударили. Cosas, contaron despuеs, de celos entre maestres de campo y generales. Чтоб не рассусоливать, скажу, что тридцать испанцев с капитаном во главе брошены оказались на произвол судьбы, предоставлены самим себе – хоть молись, хоть бранись, хоть помирать ложись – и окружены голландцами, которые были весьма расположены сквитаться с ними за своих зарезанных товарищей. Mаs perdidos que la Armada Invencible del buen Rey Don Felipe el Segundo. Денек выдался долгий и, прямо сказать, тяжкий.