Внутренняя империя Юань

Она уже не помнила, что кушала утром, но хорошо помнила первую брачную ночь – масса волнующих и незабываемых переживаний! Произошел следующий казус: бабушка достала свой свадебный наряд, и села в укромном уголке дожидаться кунаков влюбленного джигита.

По фатальному совпадению, именно в этот сумрачный час Ван Юань пробирался по узким улочкам горнего селения, что не могло ускользнуть от бдительных глаз родственников невесты, которых тут было пол-аула; они быстро вычислил нимфу в старинном свадебном платье.

Ван Юань в свою очередь тоже отлично понял, где скрывают девицу – всё, как говорил брат жениха – вокруг одного из домов было много людей с палками, да и мальчишки сновали. Правда, по традиции следовало все-таки заплатить. Для верности.

Не зная языка, он подозвав одного из огольцов, самого бойкого, и начал жестами с ним торговаться, показывая клинок – парень тоже сперва лишился дара речи, но потом завизжал так, что у Ван Юаня отложило ухо и слух возвратился.

Этот факт определенно радовал… А родня с палками уже окружала незваную гостью.

Посыпались удары, словно первые крупные капли дождя, и Ван Юань не стал дожидаться настоящего ливня; бегал он хорошо, но одна беда – путанных узких улочек в этом незнакомом ауле было не счесть, и домов одинаковых, как качей на горе Масис. А за каждым плетнем уже стояли сознательные селяне с длинными палками. И куда не бросался он, выхода не было – не мог же он на самом деле исчезнуть, раствориться как дэв или нимфа, хотя последние, по мнению местных, все же являлись смертными.

Этого тоже Ван Юань не ведал, но отчетливо понимал, – они его заколотят до смерти.

– Лови! Загоняй! – со всех сторон слышались крики.

И глухие звуки ударов – люди колотили палками по чем попало; привычное дело, – точно также они каждой весной выгоняли шводов на поля.

Долго продолжалось метание по чужому аулу, забрести в который равносильно самоубийству. Наконец его загнали в развалины какого-то старого дома, или он сам туда забежал… – и к большому удивлению Ван Юаня, преследование прекратилось.

То, что в этих руинах давно живут друджи, несчастный конечно не знал, как и то, что места дурнее нельзя было сыскать во всей округе.

Время шло, голова и спина ужасно болели, а от голода сводило живот. Вдобавок, с перепою мучила жажда. Но вокруг дома, на приличном расстоянии конечно, плотным кольцом стояло местное ополчение.