Внутренняя империя Юань

К тому же, сирийские христиане и так почитали хана святым, вместе с его добродетельной супругой Докуз-Хатун, водрузившими святой крест в многовековой столице аббасидов Багдаде. Возникшее противоречие нужно было как-то разрешить… Докуз-хатун позаботилась об этом весьма оригинально – она предложила хану взять в жены свою племянницу Тукити-хатун, ревностно воспитанную в христианской вере. И в такой способ "дожать" своего медлительного супруга.

Ван Юаня тяготило невольное гостеприимство хана Хулагу, он себя чувствовал лишним на чужом празднике, – хотя здесь и предлагали много яств, все они ему казались безвкусными.

Так бывает, когда человек уже сделал выбор – результат многотрудной борьбы и самоотречения, а обстоятельства склоняют его снова окунуться в бездну сомнений. Почувствовав лишь на миг иные возможности, его душа теперь стремилась побыстрее освободиться от родственных уз – обязанностей, связывающих ее по рукам и ногам; глядя на бесполезные брачные хлопоты, он не находил для себя утешений, и нечему было радоваться другу жениха, когда невеста так безыскусна в любви. Но кто может заявить об этом во всеуслышание?

Помнится, он заходил в церковь, когда был в ставке Батыя… – и взгляд Богородицы обещал ему милости неизведанные, однако прочувствованные до таких тайников души, о которых можно только мечтать. Во время беседы с ханом Хулагу, получив лишь на миг подтверждение, – он готов был бежать на край света, искать свой потерянный Рай.

– Не каждый ключ открывает заветную дверцу; часто бывает так, что и ларец под рукой, а открыть его нечем, – произнесла Думарина, глядя, как он одевает присланные ханом Хулагу прекрасные брачные одежды и хмурит чело.

 – Главное, важно знать, что сокровища – они есть, только под спудом, и просто ждут своего часа, места и мастера. Тогда и жить веселей.

– Ты что меня дразнишь, проказница? – произнес Ван Юань, помахав пальцем "беседующей с Ангелами" и почувствовав как, словно из пепла, в душе восстает сожженная вера и надежда.

Бывает и так: нехитрое женское дело иной раз возвращает в опаленное сердце утраченную милость Небес.

глава 2.

"Святой муж говорит, что получивший удел сделается господином; принимающий на себя несчастье страны, сделается царем её".

Лао-цзы

Как тучны стада, над которыми ты поставлен пастырем, как обширны степи, где ты – господин; но "Небесное Дао похоже на человека натягивающего тетиву на лук: высокий поднимает лук вверх, а низкий поднимает лишь взор".