Анти-Дарвин: неудобная антропология

При этом следует иметь в виду, что «ненаучная» не значит непременно «ошибочная». Истинной случайно может оказаться и лженаучная теория.

А многие ли биологи согласились бы с тем, что если бы естественного отбора не существовало, то прекратилась бы эволюция? Если они с этим не согласны, то они, строго говоря, сами не до конца уверены в правоте Дарвина, только не сознаются в этом.

Если же автор ошибается, и теория эволюции путём естественного отбора является строго научной, тогда, как всякая научная теория, она должна иметь границы своего применения.

И, не исключено, что эти границы лежат как раз в вопросах происхождения человека.

Здесь необходимо заметить, что не кто иной, как современник и знакомый Дарвина – Альфред Уоллес, которого (а не Дарвина!) и следует считать подлинным основоположником теории естественного отбора в мире животных[9 - Рукопись Уоллеса «О тенденции вариететов неограниченно отклоняться от исходного типа» была завершена в 1858 году – за год до выхода в свет «Происхождения видов» Дарвина.

См.: Т. Юнкер, У. Хоссфельд. — С. 73–75.] – решительно отказывался признавать значение естественного отбора в эволюции человека. Многие антропологи, которым эволюционная теория антропогенеза обязана важнейшими открытиями, были убеждены в том, что развитие наших предков направлялось некой высшей волей. Пьер Тейяр де Шарден, первооткрыватель синантропов, Роберт Брум, доказавший близость австралопитеков к человеку, Луис Лики, открывший Человека Умелого, – все они, по мере своих исследований, укреплялись в вере в провиденциальный характер эволюции, приведшей к современному человеку.

Упомянутые только что учёные отвергали единственный акт творения, в результате которого Homo sapiens появился на свет в готовом виде, без долгой цепи предков-животных. Но они рассматривали процесс антропогенеза в виде неопределённого множества мелких актов творения, в ходе которых Создатель постепенно формировал облик Человека Разумного через серию промежуточных форм. Получается, что они придавали решающее значение искусственной селекции в происхождении человека.

Вероятно, у названных учёных были основания подозревать неспособность слепой игры стихий сформировать разумное существо. Они, эти основания, есть и у автора настоящей книги. Совершенно недостаточно назвать естественным отбором тот комплекс механизмов, который привёл к появлению Человека Разумного. Ибо при этом в качестве объясняющей причины принимается то, что само нуждается в объяснении.